🇹🇿 Idi Amin Mama. О первой женщине-диктаторке Не дожидаясь подтверждения почти гарантированной победы президентки Самии Сулуху Хасан на фактически безальтернативных выборах, от участия в которых были отстранены все значимые представители оппозиции, танзанийская молодежь в крупных городах страны вышла на улицы. На подавление беспорядков были брошены армейские части, в городах отключили интернет. Таких беспорядков во время подсчета голосов в стране не случалось с момента восстановления многопартийной системы в 1992-м. Как вице-президентка Самия Сулуху Хасан пришла к власти в марте 2021-м после смерти президента Джона Магуфули – конституционным путем, но без внеочередных выборов. Словно оправдывая свое второе имя, которое на суахили означает «примирение», «Мама Самия» пообещала покончить с авторитарными «перегибами» своего эксцентрического предшественника и примириться с оппозицией. И действительно сделала несколько шагов к maridhiano: были сняты ограничения на работу ряда газет, а в январе 2023-го сняли действовавший с 2016-го запрет на политические митинги. Арест в июле 2021-го лидера «Чадемы» Фримена Мбове, которому предъявили обвинения в терроризме и который провел в заключении 226 дней до марта 2022-го, показался удручающим «эксцессом» на фоне общей нормализации. В конце концов Танзания никогда не считалась демократией. Но «Маме Самии» удалось – шаг за шагом – перейти все красные линии, через которые с 1992-го не решались перешагнуть ее предшественники. Оппозиционеры арестовывались и раньше, но еще никогда их не судили по таким серьезным статьям. Главный кандидат от оппозиции и лидер партии «Чадема» (суах. Chama cha Demokrasia na Maendeleo – Партия демократии и прогресса) Тинду Лиссу находится в заключении и проходит по уголовному делу по подозрению в госизмене с тех пор, как в апреле 2025-го призвал провести избирательную реформу, а своих сторонников – бойкотировать выборы. Ему грозит срок вплоть до пожизненного или смертная казнь через повешение. Помимо этого, он проходит еще по трем уголовным статьям. Сама партия отказалась в апреле подписывать кодекс поведения на выборах из-за сомнений в независимости избиркома и и потому была дисквалифицирована до 2030-го. С 1 по 25 октября в партии насчитали 52 эпизода похищений своих членов и других критиков власти. Еще один оппозиционный кандидат – Лухага Мпина, перебежчик из ЧЧМ во вторую по величине и более умеренную оппозиционную партию ACT-Wazalendo, популярную на Занзибаре – также был отстранен от участия в выборах в августе из-за процедурных причин. 11 сентября Высокий суд аннулировал решение избиркома, но спустя четыре дня комиссия вновь подтвердила его отстранение по запросу генпрокурора. Другим повезло меньше. За два последних года похищения, пытки и убийства диссидентов и правозащитников вошли в норму. 6 сентября 2024-го политик-член «Чадема» Али Мохаммед Кибао был похищен из автобуса в Дар-эс-Саламе и на следующее утро был найден мертвым со следами пыток и увечий. Бывший посол Танзании на Кубе Хамфри Полеполе, ставший после увольнения резким критиком руководства Самии в социальных сетях, был похищен из своего дома в Дар-эс-Саламе 6 октября и с тех пор о его судьбе ничего не известно. На внутреннем фронте она действовала не менее решительно. Столкнувшись с оппозицией в высших эшелонах правящей с 1961-го «Чама ча Мапиндузи» (суах. «Партия революции»; ЧЧМ), не все функционеры которой поначалу приветствовали во главе страны женщину – уроженку Занзибара и ее, как тогда казалось, либеральный стиль управления, ей пришлось жестко утверждать свой авторитет в борьбе с «магуфулистами». В августе 2024-го она «зачистила» партию от нелояльных ей потенциальных конкурентов, а в январе следующего года добилась утверждения своей кандидатуры на внеочередном съезде ЧЧМ в нарушение внутрипартийных процедур. И уже после победы над диссидентами в ЧЧМ с лета 2024-го она переключила внимание на оппозицию в подготовке к местным выборам, которые ЧЧМ выиграла с 98,83%, и резко усилила политический террор.