RUSI: Россия учится восстанавливать управление, целеуказание и материально-техническое обеспечение после их нарушения. НАТО следует оценивать успех по тому, как долго соответствующая военная функция остаётся недоступной. В августе командующий российской 76-й гвардейской десантно-штурмовой дивизией доложил Владимиру Путину, что его соединение ведёт боевые действия «практически без перерыва», в то время как батальоны, проходящие восстановление боеспособности, продолжали подготовку. Это заявление было частью кремлёвской информационной риторики, и воспринимать его буквально не следует. Однако сама формулировка показательна: восстановление представлено не как процесс, который начинается после завершения боевых действий, а как то, что происходит одновременно с тем, как более крупное соединение продолжает вести бой. Западные аналитики стали гораздо лучше отслеживать адаптацию российских вооружённых сил, извлечение ими уроков и их восстановление. Однако оперативная проблема, возникающая между уничтожением и долгосрочным восстановлением сил, по-прежнему изучена сравнительно мало: после того как НАТО нарушит работу российского штаба, разведывательно-ударной системы или логистической сети, насколько быстро Россия сможет восстановить соответствующую функцию в объёме, достаточном для возобновления целенаправленных действий? Читать статью полностью / без VPN