Кто убивал морпеха Савова. Ему было 46 лет. Из них 1153 дня он провел в российском плену, в СИЗО и колониях от ДНР до Мордовии. «Плен убивает и после освобождения», - написала в соцсетях Анастасия Савова о смерти своего отца, морского пехотинца Александра Савова. Он вернулся 19 марта, когда состоялся третий в этом году обмен пленными между Россией и Украиной. Он умер 16 ноября, в День памяти павших морских пехотинцев, когда по всей Украине поднимают флаги Военно-морских сил. В пятницу, 21 ноября после церемонии прощания с отцом Анастасия Савова опубликовала пост, вот отрывок: «Отец давал показания о плене, о заключении, потому что люди, которые до сих пор там, просили его об этом: когда узнали, что его готовят на обмен, умоляли не молчать. Он обещал и выполнил… У него отняли здоровье. А у меня - его». Причина смерти Александра Савова: кардиопатия, сердечная недостаточность. Это всё последствия плена – проблемы с сердцем. И не только. Его мучили сильные мигрени, ночные кошмары, галлюцинации. В российской тюрьме он заразился туберкулезом. Где конкретно, выяснить, конечно, невозможно. Александр попал в плен весной 2022 г. и почти сразу – после нескольких дней в Еленовке, в колонии № 120 под Донецком – оказался в СИЗО-2 Таганрога. Вот что из себя представляла так называемая «приёмка»: «Меня завели в комнату, сказали раздеться. Пока раздевался, били палками, электрошокерами. Потом спросили: «Кувалда или член?». Я выбрал кувалду. И такой деревянной киянкой мне дали раз пять по спине. Я был голый все это время. Заставляли имитировать половой акт. Видишь, говорят, твой кореш стоит, подойди к нему сзади. И женщина, сотрудница, молодая, все это снимает на телефон… Довольная, смеется». В СИЗО-2 была пытка гимном: пока бьют, нужно без запинки произнести текст российского гимна. Дальше – хуже: «Потом мы должны были выучить, сколько в гимне слов, сколько букв, сколько гласных, согласных, сколько точек и запятых. Если ты ошибался – били». Александра пытали за украинские слова: «Один раз я просил у сотрудника немного стирального порошка, чтобы постирать вещи. Сказал: «Жменьку». А по-русски же правильно – «горсть». Я за ту «жменьку» так получил! Думал, не встану». Следующий этап: из Таганрог в Курск, в СИЗО-1. Там его практически сразу отправили в «резиновую одиночку» – камеру, где стены были из резины: «В этом углу можешь есть, в другом – в туалет, в третьем – спишь. Неделю я там сидел. Кормили раз в день. Света не было – только раз включали, проверить, жив ли я еще». Третий, последний этап – в поселок Ударный, в мордовскую ИК-10 особого режима. Александр говорил, что там было страшнее всего. Били каждый день. И дубинками, и электрошокером по гениталиям: «Во время медобследования по прибытии, когда мы выходили из флюорографии, врач, который нас проверял, бил шокером. А ты в этот момент должен был крикнуть: «Слава русской медицине!» В ИК-10 заставляли стоять по 16 часов в день. Без права присесть или пошевелиться. После того, как Александр Савов вернулся из плена, у него диагностировали, помимо всего прочего, лимфостаз ног. На вопрос «Что вы испытываете к людям, которые вас пытали?» Александр отвечал так: «Мне жалко этих людей. Они неполноценные…» «Эти люди». Лишь немногие из них. Начальник СИЗО-2 Таганрога – Александр Штода, его заместители Андрей Михайличенко и Андрей Сапицкий. СИЗО-1 Курска в то время, когда туда этапировали Александра Савова, возглавлял Александр Баглай, позже пошел на повышение, стал первым замначальника УФСИН по Курской области. Начальник мордовской ИК-10 – Александр Гнутов, в 2022-24 гг. он был ВРИО начальника. Фельдшер медико-санитарной части №13, обслуживающей ИК-10, - Илья Сорокин, он же Доктор Зло, он же Доктор Шокер, так его называют украинские военнопленные. На фото – Александр Савов с дочерью Анастасией, в день возвращения из плена.