Известно, что Бодхисатта незадолго до пробуждения вспоминал свои предыдущие жизни (МН 4, МН 36): Когда мой ум стал таким сосредоточенным, очищенным, ярким, безупречным, избавленным от изъянов, гибким, податливым, устойчивым и непоколебимым, я направил его к знанию воспоминаний прошлых жизней. Я вспомнил свои многочисленные прошлые жизни – одну, две, три, четыре, пять, десять, двадцать, тридцать, сорок, пятьдесят, сто, тысячу, сто тысяч, многие циклы свёртывания мира, многие циклы развёртывания мира, многие циклы свёртывания и развёртывания мира, [вспоминая]: «Там у меня было такое-то имя, я жил в таком-то роду, имел такую-то внешность. Таковой была моя пища, таковым было моё переживание удовольствия и боли, таковым был срок моей жизни. Умерев там, я появился где-то ещё; и здесь также у меня также было такое-то имя, я жил в таком-то роду, имел такую-то внешность. Таковой была моя пища, таковым было моё переживание удовольствия и боли, таковым был срок моей жизни. Умерев там, я появился здесь». Так я вспомнил свои многочисленные прошлые жизни в подробностях и деталях. Аналайо делится интересной гипотезой, как эти воспоминания могли повлиять на дальнейшее направление мысли на пути к пробуждению: Описание такого воспоминания о прошлых жизнях не раскрывает, каким образом этот вид знания способствовал конечному пробуждению Готамы. Однако, принимая во внимание центральное место учения о не-«я» в ранней буддийской доктрине, представляется правомерным предположить, что непосредственное наблюдение одной прошлой жизни за другой могло стать отправной точкой для постижения Готамой сконструированной природы чувства идентичности. В каждой из этих прежних жизней, которые он, по всей видимости, вспоминал живо, конкретное имя переживалось бы как «я», определённая семья и жизненные обстоятельства воспринимались бы как «моё», а определённая пища, а также удовольствие и боль ощущались бы как «мои» переживания. Однако со сменой декораций, так сказать, от одной жизни к другой другое имя стало бы «мной», другая семья — «моей», и так далее. Понятие непрерывности от одной жизни к другой предоставляет необходимую перспективу для надлежащей оценки раннебуддийского учения о не-«я» (anattā/anātman). Эта доктрина не подразумевает отрицания реальности субъективного опыта. Она лишь отрицает, что в таком субъективном опыте задействована постоянная и неизменная сущность. Напротив, субъективный опыт рассматривается как не что иное, как поток, продукт конкретных условий, лишённый чего-либо постоянного. Следовательно, непрерывность от одной жизни к другой не предполагает реинкарнации постоянной сущности или души. Вместо этого она считается просто непрерывностью потока причин и условий, действующих при жизни. Различие состоит в том, что в момент смерти они продолжают действие независимо от физического тела. Иллюстративным примером является пламя, которое при поддержке ветра может воспламенить даже то, что находится на расстоянии (Anālayo 2018a, 22). Пламя представляет собой лишь процесс горения и не требует никакой постоянной сущности для поддержания огня. Оно продолжается как изменяющийся процесс горения, пока сохраняются необходимые условия, и способно даже воспламенять то, что не находится непосредственно в соприкосновении с его топливом, — при наличии для этого благоприятствующих условий. Источник: Anālayo, B. Gotama Buddha: His Quest and His Teaching // The Routledge handbook of Indian Buddhist philosophy под ред. W. Edelglass, P.-J. Harter, S. McClintock, London New York: Routledge, Taylor & Francis Group, 2023. P. 19ю
Бодхисаттва по-Кубански
Subscribers
5.8K
+0 24h
Reach per post (ERR)
21.9%1.3K avg views
Posting
17.9/day
last 5 hours ago
Reactions per 1K views
24.8
❤ 😁 🔥
Views over time
| When | Views |
|---|---|
| 23 Aug 2026, 07:20 | 0 |
| 11 Nov 2026, 00:36 | 994 |
Who shared this post
Posts in other channels we index that link to this one. (Forwards with a hidden source can't be traced.)
Nobody yet.