Дмитрий Травин

Сегодня с утра читал биографию Артура Шопенгауэра. Читал, как он взбирался на Снежку в Крконоше, как гулял по холмам Тюрингии, когда писал диссертацию. И вдруг страшно захотелось дать себе встряску – последнюю, наверное, в этом сезоне. Любимые горы в Польше и Германии для меня давно закрыты, но традиционный пеший маршрут от дома до Петергофа пока возможен. Я бросил книги и пошел. 32 тысячи шагов. Пять с половиной часов. Сегодня, как ни странно, вышло быстрее, чем раньше. Странно – потому что мне 65 лет, и каждый сезон кажется, что это уже последний «забег» на столь длинную дистанцию. Но, видимо, день для меня был удачный. Сил хватило, хотя ноги и поясница побаливали. Меня часто спрашивают, что я делаю во время такого перехода: слушаю музыку или аудио книги? Ничего не слушаю. Размышляю. Очень удобно, к примеру, размышлять о Шопенгауэре во время такой прогулки. Пессимистическая философия становится не столь печальной, когда идешь по череде прекрасных пригородных парков с кое-где сохранившимися полуразрушенными дворцами старой аристократии. Любимых гор это, конечно, не заменит, зато хорошо понимаешь, как повезло мне с родным городом, и как скрашивает наше сложное время возможность погружаться порой в эту красоту, дышать воздухом Финского залива, который местами даже виден с дороги из-за сбросивших листву деревьев. На днях начнутся долгие дожди. А скоро – мокрый снег. Питерская зима, длящаяся четыре – пять месяцев. Следующий «забег» до Петергофа теперь будет не раньше конца апреля. Как обычно, «закрыв сезон», размышляю, смогу ли открыть его вновь, когда стану еще на полгода старше. Надеюсь, что смогу. А пока – вновь за Шопенгауэра. Вновь за книги, которые надо прочесть до весны для того, чтобы завершить очередной этап своей работы. С работой тоже не знаешь, хватит ли сил и здоровья, чтоб написать очередную книгу. И главное – не вмешаются ли «внешние обстоятельства», способные погубить любые планы. Пессимизма хватает и без Шопенгауэра. Но все же надеюсь на лучшее.