Вот так надо писать рецензии с размышлений лирического героя о несправедливости мировой финансовой системы начинается роман известного политтехнолога Николая Гастелло «Людоеды тоже люди», вышедший в московском издательстве «Рипол классик». Презентация книги прошла в четверг в чебуречной «Дружба» на «Сухаревской». Теперь понятно, почему для презентации своей книги автор выбрал именно это место, концептуально противоположное «лобби-барам огромных гостиниц», с оды ненависти к которым открывается книга. Гастелло называет ее безжалостно-ироничным романом, в основе сюжета которого история о том, как московского политтехнолога Константина американские заказчики отправляют в африканскую страну Южная Гордезия (название вымышленное), чтобы имитировать там демократические выборы. Надо сказать, что чебуречная «Дружба» тоже иронична и безжалостна, особенно к тем, кто привык считать нормой московский псевдо-лакшери-стиль кафе и баров в центре, где обычно проводятся помпезные презентации. Или стерильные с точки зрения обстановки и атмосферы залы галерей и культурных фондов с накрытыми белыми накрахмаленными скатертями фуршетными столами. В «Дружбе» ничего этого и в помине нет. Только три ряда высоких, покрытых слоем жира столов (едят и пьют стоя). Жирные здесь даже стены. Чебуреки с говядиной, бульон из которых стекает по рукам и обязательно испачкает одежду, дешевая водка, дешевое пиво и запах подгоревшего фритюрного масла. «Лучшую рецензию на мой роман написал Михаил», — говорит вашему покорному слуге автор романа. Ведущий программы «Однако», вице-президент и пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев стоит рядом, стирая с пальцев салфеткой жир от чебурека. «Я написал, что дикие фантазии стареющего политтехнолога-графомана, покинувшего реальность лет пятнадцать назад, вполне могли бы лечь в основу русской версии фильма “Великолепный” с блистательным Бельмондо, — говорит Леонтьев. — Лирический герой романа сказал, что бесплатно никогда не врет, поэтому за книжку Николая надо заплатить». Ирония 80-го уровня. Два или три десятка экземпляров романа лежат аккуратными стопками рядом на специально выделенном для этого отмытом чебуречном столе. Книги разбирают не только фанаты и коллеги Николая Гастелло, пришедшие на презентацию, но и неожиданно для самих себя оказавшиеся в центре событий разношерстные посетители «Дружбы» с пластиковыми тарелками с чебуреками в руках и пластиковыми стаканчиками с водкой или бутылками «Жигулевского». Рай для скуфов вдруг стал местом скопления московской политтехнологической элиты и патриотически настроенной, ищущей новые идеи в книгах корифеев молодежи. Некоторые непосвященные чебуречники, оказавшиеся на презентации случайно, возможно, не до конца понимают, что происходит, но очередь на раздачу чебуреков и водки все равно не становится короче. В «Дружбе» аншлаг всегда, входная дверь почти не закрывается. В определенном смысле выбор места безошибочный. Гости Николая Гастелло и завсегдатаи «Дружбы» в какой-то момент сливаются в одну шумную веселую толпу. Появляется человек с концертной балалайкой (его называют Албанцем) и исполняет несколько мелодий из чисто народного и популярного репертуара. Так задорно, что бомжеватого вида подвыпивший персонаж в красной рубахе, точно не из гостей презентации, чуть не пускается в пляс, одновременно пытаясь закурить, но его успокаивают и отводят в сторону. «Где мои чебуреки?» — восклицает он, уносимый под локти прочь, и исчезает. Напоминаем, что Трезвый политолог осуждает употребление алкоголя, в особенности дешёвой водки