Трезвый политолог

О блокировках и замедлениях Соображения по поводу блокировок. 1. Заявления депутатов и министров о них значения не имеют — решения принимаются на другом уровне, данные же люди лишь обосновывают его исходя из своего понимания сути и причин процесса, множа информационный шум. Отсюда несогласованность между заявлениями различных, не подчиняющихся друг другу, чиновников, противоречия в заявлениях одних и тех же лиц на протяжении одних суток. Ближайшая аналогия — поведение барышень, которые совершают действия в эмоциональном порыве, но затем подгоняют по него рациональное обоснование. 2. Блокировки ничего не меняют до тех пор, пока за их обход не начнут привлекать к ответственности, а этого не будет в силу сложностей администрирования и запредельных негативных последствий для властей. Поэтому те, кому блокировки мешают, их обойдут. Сколько таковых мы пока не понимаем, но среди школьников и молодёжи таковых будет большинство, среди пенсионеров и предпенсионеров меньшинство. Между разными поколениями возможен рост конфликтности. 3. Негативное влияние блокировок на внутреннюю политику мы пока оценить в полной мере не можем и не факт, что нам в этом помогут осенние выборы в ГД — рост протестных настроений может быть компенсирован «сушкой» явки и ставкой на админресурс. В таком случае противоречия будут загнаны вглубь общества и дадут о себе знать в период нового витка кризиса, создав реальные угрозы для государственности. Однозначно можно сказать, что блокировки подрывают авторитет различных начальников, а ещё даже толком не начавшаяся избирательная кампания уже показала желание оппозиции ЕР играть на факторе блокировок. 4. За блокировками последует уход госСМИ и госорганов из запрещённых сервисов, что обнулит колоссальный труд тысяч человек в развитие сообществ и многолетнюю работу с их аудиторией. Власти в целом порушили/разрушили коммуникацию между людьми на разных уровнях от межличностного до коллективного и полностью эта коммуникация через Maх никогда не восстановится. Как следствие, блокировки усиливают энтропию в обществе, повышают дистанцию между властью и обществом, подогревая протестные настроения, а заодно плотнее запечатывают информационный кокон вокруг власти. 5. Блогеры продолжат пользоваться запрещёнными/заблокированными ресурсами (от блокировки запрещённого Instagram пользоваться им не перестали) — для них первична не площадка, а аудитория, она же разделится по интеллектуальному и финансовому признаку, но костяк всё равно сохранится. Поэтому власть потеряет влияние на тысячи блогеров, которых автоматически сделает оппозиционно настроенными. 6. Блокировки создают два интернета — государственный с иллюзией лояльности властям, подконтрольности чиновникам и управляемости ими, а также негосударственный, который живёт по своим правилам. Это будет лишь усиливать и без того свойственное русскому человеку двоемыслие. 7. Из-за блокировок Россия полностью лишается эффективных инструментов работы с обществом в странах ближнего и дальнего зарубежья — VK, RuTube и Max аудитории из Средней Азии/Восточной Европы не нужны и неинтересны. Это обнуляет многолетний труд медийщиков и чиновников по сохранению стран и регионов в орбите влияния России и рвёт культурные связи с близкими России народами, что непременно даст о себе знать спустя непродолжительное время. Ожидать отказа от политики блокировок или их отмены не стоит: власть не умеет признавать свои ошибки, не практикует уступки под общественным давлением, а склонность к юридическому формализму затрудняет отмену блокировок, особенно после вступления в законную силу решений различных судов. Отсылки к международному опыту лишь усиливают позиции сторонников блокировок. Таким образом, в базовом сценарии блокировки с нами примерно до 2030 года так как их основа — примат свойственной поколению 60+ логики запретов над логикой контроля. Единственное, что может несколько смягчить жёсткость блокировок, так это гипотетическая нормализация отношений с США, однако данный фактор непрогнозируем.