Мой любимый скример, связанный с недавним пересмотром «Крутящего момента» — его сценарный титр. И я считаю святым долгом поделиться им в день рождения Мэтта Джонсона, хотя и понимаю, что «Момент» написал его полный тёзка — человек, собаку съевший на таких спинномозговых картинах, как «Добро пожаловать в Рай» с Альбой и Полом Уокером и иже с ними (даже с Ренни Харлином поработал недавно...). НО! Удариться в масштабные конспирологические теории мне всё равно никто не мешает. Потому что предположение о том, что лучшее киноаниме про байкеров написал наш любимый канадский СДВГ-шник, выглядит подозрительно основательным. Особенно если принять во внимание маньячную экранную персону Джонсона, которую мы знаем по The Dirties и Nirvanna the Band: The Show: не любит Вина Дизеля, обожает гоночные видеоигры — в Mario Kart играет за ЙОШИ, — генерирует одну безумную идею за другой. Энергия прёт во все поля, до такой степени, что он попросту не способен остановить собственный креативный фонтан и искренне верит в свою гениальность. А ещё он фанат чизовых, но уместных музыкальных решений, которые заземляют момент и доводят его до катарсиса. А чем заканчивается «Крутящий момент»? Поездкой в закат под Nickelback. А откуда родом Nickelback? Правильно: из страны кленового сиропа! После таких теорий не грех задуматься… а вдруг? Ибо «Крутящий момент» во всём ощущается так, словно его написал гиперактивный 17-18-летний гик, а не имитирующий под такой стиль ремесленник. Хочу верить.