Представитель Минюста заявил, что российские власти не придумали признак «иных форм влияния», а отзеркалили его из американского закона о регистрации иностранных агентов (FARA). «Если у американцев и в Европе этот признак существует, почему его не должно быть у нас?» - поинтересовался Олег Свириденко. Это очевидная подмена. В американском FARA речь идёт не о любом «иностранном влиянии», а об агентской связи: человек или организация действуют по поручению, просьбе, под контролем или в интересах иностранного принципала. То есть ключевой вопрос там: ты самостоятелен или конкретно на кого-то работаешь? Простое совпадение взглядов, цитирование западных источников, получение идей или даже идеологическое влияние само по себе не делает человека иностранным агентом. В российском законе об иноагентах формулировки куда шире и расплывчатее: иностранным влиянием может считаться не только финансирование, но и «убеждение», «воздействие», методическая, организационная или любая иная помощь. Иными словами, государству уже не требуется доказывать агентскую работу на иностранного заказчика - любой человек может быть объявлен находящимся «под иностранным влиянием», причём без суда и следствия. Поводом может стать всё что угодно: от «лживой критики президента» до «дискредитации СВО». Возрождённый институт политического клеймения а-ля «враг народа», только под новой вывеской. Посему тезис о «копировании американского закона об иноагентах» некорректен. Внешне похожие термины в российском законе обслуживают совсем другую задачу - не раскрытие реальных агентских связей, а выдавливание из публичного поля всякой неугодной общественной, медийной и политической активности. Досье. Секретный контур - перейти в канал.