Участившиеся случаи падения обломков и, скажем так, быстрого окисления углеводородов с выбросом тепловой энергии, - это факт. Но Москва не Крым, это крупнейший транспортный узел в стране, и спрос на моторное топливо в столице может быть удовлетворён за счёт поставок с разных заводов, расположенных поблизости или дальше, - подчеркнул заместитель генерального директора Института национальной энергетики Александр Фролов. В предложку стучатся возмущённые граждане с вопросом: где вы в России тоталитаризм увидели?! Конечно, чистого тоталитаризма у нас нет, но отдельные элементы оного точно прослеживаются. К примеру, новояз. Изначально это понятие появилось в романе Джорджа Оруэлла «1984», в котором описывается вымышленное государство Океания, где новый язык используется как инструмент контроля над мышлением. Одной из главных фишек новояза, помимо удаления «нежелательных» слов, стали эвфемизмы, когда страшное событие описывается максимально нейтральной или абсурдной фразой - вроде «отрицательного роста», «хлопка», «падения обломков» или «жёсткой посадки». Это как если бы врач вместо прямого диагноза «у вас перелом ноги» бодрым голосом сообщил: «У вас наблюдается нарушение структурной целостности нижней конечности с временным изменением двигательной активности». Звучит не так страшно, но нога от этого болеть не перестанет, а без нормального лечения со временем начнутся осложнения. Суть этого явления и в книге Оруэлла, и у нас в стране одна - искусственно изменить восприятие людей, чтобы полностью контролировать их мысли. Намеренно запутанные или абсурдные фразы, вроде высказывания Александра Фролова о «быстром окислении углеводородов», лишают трагические события их истинного эмоционального веса. Беда превращается в рядовое происшествие, что неизбежно отучает людей думать самостоятельно, сочувствовать, проявлять эмпатию. В конечном счёте любое затушёвывание смыслов нужно лишь для одного - приучить человека молча принимать навязываемую сверху картину мира. Досье. Секретный контур - перейти в канал.