Фармимэкс всех отпускает по рецепту Александр Апазов умер 2 октября 2026 года, и налоговая закрыла его ИП в тот же день с пометкой «в связи со смертью». Но та же самая ФНС спустя месяц продолжает держать его в ЕГРЮЛ президентом АО «Фармимэкс» — дистрибьютора «Золгенсмы», генной терапии от спинальной мышечной атрофии ценой около 93 млн рублей за дозу. По оценке «Проекта», на бонусах от производителя компания заработала не меньше 1,2 млрд рублей. Задать вопросы формально некому: единственный, кто вправе отвечать, числится живым только в реестре. Апазов возглавлял Главное аптечное управление Минздрава СССР, то есть был главным аптекарем страны тотального дефицита, а в 1993 году «Союзфармация» превратилась в его «Фармимэкс». В 2019-м он проникновенно заявил, что «фарма — это не бизнес». Для «не бизнеса» выручка в 80,1 млрд рублей за 2025 год и почти 33 тысячи госконтрактов на 445 млрд выглядят вполне по-деловому. Особенно впечатляет рывок: прибыль 2021 года составляла 402 млн, а в 2022-м — уже 1,35 млрд, в 3,35 раза больше. А незадолго до этого, в ноябре 2020-го, появился ФЦПиЛО Минздрава, который закупает для фонда «Круг добра» самые дорогие лекарства на деньги из повышенного налога с богатых. Теперь второе окошко. «Скопинфарм» из Рязанской области — выручка 42 млрд, прибыль 2,1 млрд, на рынке его называют компанией группы «Фармимэкс». Гендиректор — Инга Нижарадзе, по данным СМИ, дочь Апазова. Владелец со стопроцентной долей — ООО «Алинта-Фарм»: уставный капитал 9 800 рублей, ноль сотрудников, бизнес — аренда. Капитал хозяина меньше выручки завода примерно в 4,3 миллиона раз. Доли в «Алинте» у жены Апазова, у самого Апазова, у Нижарадзе и у аптеки в Митино, которой владеют та же Нижарадзе и, в крошечной доле, АО «Фармимэкс». Получается шахматная партия, где белыми играет папа, чёрными дочь, а доска принадлежит маме. Теперь посмотрим, как эти «конкуренты» сходятся на торгах. Май 2022-го: одна заявка, «Скопинфарм», 5,5 млрд по максимальной цене. Январь 2023-го: побеждает «Скопинфарм» со снижением на 2,5%. Февраль: побеждает «Фармимэкс» со снижением на 1,7%, имена соперников в открытых сообщениях не названы. Декабрь 2023-го — шедевр жанра: ФЦПиЛО ещё до торгов поднял цену упаковки с 91,9 до 93,5 млн, а потом пришёл единственный участник, «Фармимэкс», и забрал контракт по максимуму. Обычно цена на аукционе падает в борьбе. Здесь она выросла заранее, а бороться оказалось не с кем. В мае 2024-го на торгах для «Круга добра» снова по одной заявке и максимальные цены, а в 2025-м «Золгенсма» дважды уходила по максимуму, причём в декабре в победителях значились обе семейные компании сразу. Итог по «Проекту»: девять закупок «Золгенсмы» на 42,2 млрд рублей. А в целом ФЦПиЛО отдал «Фармимэксу» и «Скопинфарму» около 242 млрд — это три годовые выручки «Фармимэкса». Справедливости ради, в абсолютных цифрах Россия за препарат не переплачивает: в США и Британии он дороже. Вопрос в другом — кто сколько оставляет себе по дороге. По словам бывшего топ-менеджера западной фармкомпании, бонус дистрибьютору составляет 3–6% от закупки, а за доставку ампулы со склада до больницы платят ещё 30–60 тысяч долларов. Самая дорогая поездка по Москве в истории такси. Минздрав на вопросы не ответил, «Фармимэкс» — некому. Апазов как-то объяснил выбор своей компании просто: «Ну, это логично, мы давно работаем». Логика действительно железная: когда лекарство для умирающих детей годами покупают у одной семьи без настоящей конкуренции, рецепт выписывает уже не врач. Осталось выяснить, кто в ФЦПиЛО держит ручку. #АлександрАпазов #ИнгаНижарадзе