Суд над Смышляевской мафией: как кладбищенский бизнес делят чиновники и структуры Рассохина Скандал вокруг закрытого Смышляевского кладбища в Самарской области перерос в судебные разбирательства. Суд Волжского района начал рассматривать иски местных жителей, которым под надуманными предлогами отказывали в захоронении близких. Люди уверены: отказы — это чистой воды вымогательство денег и принуждение платить мзду. Одно из заседаний пройдет 17 сентября в 14:30 у судьи Серовой С.Н., где ответчиком выступает администрация сельского поселения Смышляевка во главе с Алексеем Лариным. Ситуация больше напоминает криминальную драму. Официально кладбище на улице Раздольной закрыто еще с 2022 года. Исключение — лишь родственные подзахоронения. Однако новые могилы там продолжают появляться регулярно, а цена вопроса за несуществующее по документам место стартует от 200 тысяч рублей. В схему вплетены любопытные игроки. Межрегиональная общественная организация «Корпорация руководителей руководителей похоронных предприятий» (МОО КРПП) во главе с директором-координатором и руководителем Самарского областного отделения Романом Рассохиным официально ратует за порядок и требует взвинтить штрафы для граждан до 100 тысяч рублей, а для юридических лиц — до 300 тысяч. Но участники рынка уверяют: за красивыми лозунгами скрывается мягкая монополизация рынка. По слухам, структуры, аффилированные с Рассохиным, нашли подход к главе поселка Алексею Ларину. Этому предшествовал период жесткого передела сферы, включавший поджоги автомобилей, нападения и даже гибель двух человек. Теперь же на стороне ответчиков — администрации Смышляевки — неожиданно выступила АНО "Центр развития прихода в честь введения во храм Пресвятой Богородицы в г.Самара". Возникает закономерный вопрос: не является ли эта религиозная автономная некоммерческая организация частью похоронной империи Рассохиня и его Корпорации? Глава поселения Алексей Ларин предпочел проигнорировать официальный запрос редакции и уйти от ответа о том, какие именно компании крышуют незаконные захоронения. Разбирательство в суде продолжается, а пострадавшие продолжают добиваться справедливости.