Двое рыбаков, Нортон и Гарретт, рыбачили неподалёку от острова Каталина, а когда возвращались, километрах в 30 от берега заметили в воде человека. Пловец был измучен, первые его слова, когда затащили его в лодку, были: «Спасибо. Я думал, что умру». Пострадавший оказался пианистом, работавшим на 14-палубном круизном лайнере Ovation of the Seas компании Royal Caribbean; за бортом он оказался ночью, где‑то около половины третьего ночи; в воде проболтался 9 часов. Компания Royal Caribbean подтвердила, что так все и есть, их штатный пианист, но отказалась раскрывать подробности происшествия из уважения к его частной жизни. Ну прелесть же что такое, а не история! Круизный лайнер, плавучая вселенная, роскошь, замкнутое пространство, неизбежность. Не стреляйте в пианиста, он играет как умеет. В таких новостях дышит судьба, как говаривал Пенн Уорен. Я в принципе люблю курьёзные происшествия — они всегда стоят наособицу, хотя отличаются от новостей обыкновенных только одной деталью, которая меняет ракурс с обыденного на литературный, наверное? Вот, скажем, регулярно читаем мы новости об угонах трактора, бетономешалки или, слаще всего, трамвая. Только на днях «мужчина из Ставрополья угнал пожарную машину, пока спасатели тушили костёр в его огороде». Не самый лучший извод сюжета, но что‑то брезжит: бессмыслица и фатум — эстетические категории. Конечно, интриги из этого не сделаешь: дворецкий угонщик пьян и судим, а изменённое сознание курьёзного ослушника всякий раз лишает историю интереса — как безумие главного злодея лишает смысла детективную загадку. Но вот что примечательно: год за годом, десятилетие за десятилетием такого рода происшествия считаются забавными, и достойными размещения в новостях. Оттого ли, что трогают? Это ведь истории о неудавшемся побеге, о бессмысленности всякого побега. Что‑то вроде рассказа о чикагском мальчике, который убежал из дома, сев на карусель. Вернее, решил, что убежал. А вот ворая группа новостных курьзов, она как раз про «условного пианиста», о дыхании судьбы. Самый мой любимый, показательный случай (я его разве что утюгу не рассказала) — давняя новость о калифорнийском (совпадение!) аквалангисте. В Калифорнии горел лес, тушили его водой с вертолётов. Вода в этом случае зачерпывается в большой подвесной резервуар, переносится к месту пожара и выливается. Сверху. После того, как огонь унялся, на пожарище обнаружили тело аквалангиста, снаряжённого для подводного плавания. В маске, ластах и пр.. В общем, вы уже поняли — аквалангиста зачерпнули вместе с водой. «В год, — писал в своих записных книжках Вуди Аллен, — от падающих кокосов погибает в 15 раз больше людей, чем из-за нападения акул. Но о кокосах не снято ни одного фильма ужасов. Догадайтесь — почему?». Чего уж тут догадываться. Потому что с акула это зло, а кокос — это судьба. А с судьбой не повоюешь. Хотя можно ведь и так повернуть дело, что пианист (с тайной личной жизни), которого выбросил за борт обманутый муж или слушатель с идеальным слухом, девять часов подряд боролся с судьбой, и победил — это ведь и есть тот главный сюжет, на котором держится весь оставшийся в мире оптимизм, и вся оставшаяся в нем коммерческая литература? Но я боюсь, что пианисту просто повезло. Е.П. Илл.: Fredrik Rättzén