ДНОвости

⬆️⬆️⬆️ Ну и на почве сформировавшегося комплекса неполноценности неминуемо пробуждается Его Величество нарциссизм. Отверженному нарциссу (в данном случае коллективному) жизненно необходимо быть пупом земли, откуда и берется иррациональная, почти комичная уверенность, что «весь мир вращается вокруг нас», а жители Берлина или Рима карбонару под болоньезе кушать не могут без мыслей о ней самой - Великой России. Мысль о том, что среднему европейцу просто плевать, для нарцисса невыносима, ведь она обнуляет его значимость. Поэтому психика рождает галлюцинацию в виде фейковых обложек, подтверждающую: «Да, они нас ненавидят, но главное - они только о нас и говорят!». Даже сам концепт «Россия в одиночку противостоит всему НАТО» чертовски льстит их самолюбию. Быть главным, экзистенциальным врагом мировой сверхдержавы - это ведь тоже форма признания. Воевать со «всей цивилизацией» в собственном воображении куда почетнее, чем признать банальность реальности, где по факту ты со всеми своими хваленными ракетами пять лет к ряду не можешь ничего противопоставить копеечным дронам. Так что термин «куколд» здесь даже не оскорбление – это точный медицинский диагноз. Ватник находится в позиции пассивного субъекта, который получает валидацию своего существования только через действие другого, доминирующего персонажа. Z-патриот не способен почувствовать себя правым сам по себе, внутри своей автономии. Его «правота» и само его бытие рождаются только тогда, когда их заметил, зафиксировал и откомментировал Запад - пусть даже через проклятия или через суррогатный, сфабрикованный в фотошопе одобряющий жест. И весь русский патриотизм исторически - это вывернутое наизнанку, глубоко невротическое западничество, низведенное до уровня этого самого куколдизма. Это истерика попользованной и отвергнутой девки; позиция тотально зависимого человека, который громче всех кричит о своей суверенности, но при этом судорожно, до боли в глазах всматривается в замочную скважину, надеясь поймать хотя бы мимолетную тень чужого интереса к своей жалкой, выброшенной на обочину жизни, персоне.