Друзья, хотел бы в рамках общего отчета отдельно осветить ключевые результаты нашей работы в сфере недропользования в 2025 году. Принятые решения направлены на выстраивание более рационального и ответственного подхода к использованию природных богатств страны. В числе практических шагов — внесение изменений в закон «О недрах». Во-первых, это гибкое регулирование сроков геологического изучения для территорий Арктической зоны в Ханты-Мансийском автономном округе. Учёт сложных условий и недостатка инфраструктуры в Белоярском и Березовском районах позволит повысить качество и обоснованность исследований. Во-вторых, корректировка порядка предоставления информации о месторождениях. Теперь специальные карты-схемы будут доступны не в открытом доступе, что предотвращает риски несанкционированной деятельности, а через регламентированный порядок для уполномоченных лиц и органов. Это мера, направленная на защиту государственных интересов. Одной из важнейших законодательных инициатив, подготовленных Комитетом, стал проект закона о финансовом обеспечении рекультивации земель, нарушенных при добыче россыпного золота. Поводом для этой работы стали обращения граждан из различных регионов, а также информация, полученная нашими депутатами, посетившими проблемные территории в рамках парламентского контроля. По имеющимся оценкам, совокупный экологический ущерб от такой деятельности за последние годы превышает 17 миллиардов рублей, и он до сих пор не возмещён. Создание чёткого механизма, гарантирующего восстановление нарушенных земель за счёт средств недропользователя, — это вопрос экологической и экономической справедливости. Параллельно мы рассматриваем вопрос о полном отказе от устаревшего заявительного принципа выдачи лицензий в этой сфере, которая, как показала практика (включая отзыв более 3 тысяч лицензий), способствует нарушениям. Таким образом, наша работа в прошедшем году была сосредоточена на устранении системных проблем: от адаптации нормативной базы к реальным условиям до создания действенных механизмов, которые ставят заслон практике, когда прибыль компаний оказывается частной, а экологические издержки — общественными.