на донышке

Низкорослой рюмочки пузатой Помнят пальцы тяжесть и объем И вдали от скатерти измятой, Синеватым залитой вином. У нее такое утолщенье, Центр стеклянной тяжести внизу. Как люблю я пристальное зренье С ощущеньем точности в глазу! И еще тот призвук истеричный, Если палец съедет по стеклу! И еще тот хаос пограничный, Абажур, подтянутый к столу. Боже мой, какие там химеры За спиной склубились в темноте! И какие страшные примеры Нам молва приносит на хвосте! И нельзя сказать, что я любитель, Проводящий время в столбняке, А скорее, слушатель и зритель И вращатель рюмочки в руке. Убыстритель рюмочки, качатель, Рассмотритель блещущей — на свет, Замедлитель гибели, пытатель, Упредитель, сдерживатель бед. Александр Кушнер, 1975