Неудаща

В своем блоге на этой неделе заведующий кафедрой реактивных двигателей и энергетических установок КНИТУ-КАИ Алексей Лопатин пишет о том, как подготовка к ЕГЭ и олимпиадам стала высокомаржинальным бизнесом и каким образом вузы сами могут регулировать количество абитуриентов БВИ. Отрывок из этого текста. Как известно, спорт высоких достижений зависит не только от природных качеств спортсменов, но является также результатом вложенных средств. Аналогичная ситуация сложилась и в образовании. Я бы не хотел сейчас касаться неформальной стороны вопроса, а именно незаконных решений проблем с призерством во всероссийских олимпиадах. Это дело правоохранительных органов, если, разумеется, такие случаи имели место. Речь идет о том, что на сегодняшний день в нашей стране сложился вполне себе высокомаржинальный бизнес по подготовке к ЕГЭ и отдельный достаточно закрытый рынок по индивидуальной подготовке и сопровождению участия школьников в олимпиадном движении. Наверное, с точки зрения самореализации талантливых педагогов-репетиторов такая ситуация неплоха и позволяет стать востребованным и материально успешным тем, кто по разным причинам не нашел себя в области формального образования (школы, вузы). Однако если мы посмотрим на вопрос с другой стороны, то увидим уже сложившуюся дифференциацию абитуриентов не столько по интеллектуальному, сколько по материальному признаку. И эта ситуация, по моему мнению, в скором времени достигнет апогея, когда действительно талантливые ребята, семьи которых не обладают достаточными материальными ресурсами, просто не смогут конкурировать с теми, кто имел возможность индивидуальной подготовки. Отдельно стоит отметить наличие дифференциации и внутри этого «спорта (образования) высоких достижений». Если специалистов по высокоуровневой подготовке к ЕГЭ в рамках нашей страны можно насчитать примерно чуть больше тысячи человек, то педагогов, способных подготовить победителей или хотя бы призеров олимпиад I или II уровня, в разы меньше. Таким образом, для отдельно взятого педагога-репетитора рынок подготовки к олимпиадам является более высокомаржинальным. Обоснование этому факту налицо — в реальной конкуренции приемной кампании — 2026, выражаясь шахматной терминологией, «олимпиадник начинает (подготовку) раньше и бьет 300-балльника». Полный текст