Конкурс наблюдательности Сегодня Ксения Собчак выпустила очередную серию своего «расследования», где, помимо прочего, продемонстрировала скриншоты переписки, которую якобы вела дочь Оксаны и Джигана Ариела. По замыслу авторов, эта переписка должна подтверждать все ужасы, о которых рассказывается в выпуске. Внимательные зрители сразу заметили то, что ни на одном из этих скриншотов нет даты переписки. Нам говорят, что это июль 2026 года, но сами картинки этого никак не подтверждают. Я решил посмотреть внимательнее. И обнаружил как минимум пять визуальных несоответствий, из-за которых возникает вполне закономерный вопрос: действительно ли перед нами последовательные скриншоты одного и того же чата с одного и того же телефона? За образец возьмём скрин, где Ариела якобы пишет: «Быстрее. Пожалуйста. Мама. Мы у Леи». 1️⃣Время. На этом скрине в левом верхнем углу есть системное время - 13:40. На остальных при практически той же кадровке время куда-то исчезает, хотя индикаторы связи, Wi-Fi и батареи справа остаются. 2️⃣Звонки. На одном скрине справа сначала стоит значок телефона, потом видеозвонка. На других - наоборот: сначала камера, потом телефон. 3️⃣Поле сообщения. На одном изображении слева внизу стоит смайлик. На других на его месте внезапно появляется «+». Причём меняется и сама нижняя панель WhatsApp. 4️⃣Шапка чата. Меняются размер и расположение аватарки, имени «Ариела ❤️» и других элементов верхней панели. 5️⃣А пятое отличие предлагаю найти вам самим. Оно тоже вполне заметно невооружённым глазом. Кто первым напишет правильный ответ - тому приз. Все эти кадры взяты из общедоступного выпуска, поэтому каждый может открыть оригинал и сравнить самостоятельно. Чтобы потом не говорили, что это я тут что-то нарисовал. Ксения Анатольевна пока прекрасно справляется без моей помощи. Я уже не говорю о более тонких деталях: отдельные элементы интерфейса вообще напоминают значительно более старые версии WhatsApp. Но это уже действительно требует технического разбора. Здесь же речь только о вещах, которые буквально видны невооруженным глазом. И последнее. Я знаю, что у Ксении Анатольевны хорошие адвокаты, которые скорее всего уже объяснили ей разницу между телевизионной «реконструкцией» и материалами, которые передаются правоохранительным органам. При проверке сообщения о преступлении следователь вправе истребовать документы, исследовать их и назначить экспертизу. Сведения, полученные при такой проверке, впоследствии могут использоваться как доказательства при соблюдении требований УПК. Поэтому если выяснится, что в правоохранительные органы заведомо представлялись искусственно изготовленные материалы как подлинные, это уже совсем не телевизионный жанр и может получить самостоятельную уголовно-правовую оценку.