Пост о Польше, который никто не просил – но страна явно находится в поп-культурном прайме и у #админабима подсобрались непридуманные истории, о которых невозможно молчать. Например о том, что маскот польской олимпийской сборной pierogi (ложный друг переводчика, это вареники на самом деле) стал самым желанным мерчем Игр – подушечьку в жанре «их едят, а они глядят» даже Снуп активно хотел и в итоге заполучил. Помешательство добралось до Нью-Йорка: в ресторане Pierozek в Бруклине, единственном месте, где эту милоту можно купить, случился солдаут, но в апреле обещают новые поставки. Подушечки, кстати, не только симпатичные, но и социально ответственные: их делают в городе Катовице люди с ограниченными возможностями, и внезапная мировая слава им явно не лишняя. Но не маскотом единым: польский язык тоже находится в какой-то удивительной прайм-эре. Сначала Росалия, которая сняла клип Berghain в Варшаве, комично пыталась правильно произнести слово «прземпрасам» извиниться по-польски (пшепрАшам, de nada). А теперь к ней присоединилась Чарли: в трейлере своего нового фильма Erupcja (тоже снимали в Польше) учит другого персонажа еще паре полезных в жизни слов. Ну и закольцуем эту оду локальной новостью, над которой тоже витает дух Снупа: синий польский мент остановил синего польского водителя, синий водитель вызвал на синего мента несиних ментов, обоих в итоге приняли, но перед этим они сделали вот такую милую фоточку. Наркотики зло, спорт мир, польский язык жесть, все нравится (кроме наркотиков)