Я уже не лежебока. В шесть вечера я переоделся в спортивную форму, затем собрал сумку, поглядел на свое отражение, после чего символически порвал с прежней жизнью. В половину седьмого присел на кровать, чтобы настроиться на тренировку и подумать, не забыл ли чего. К полуночи я прозрел, дойдя во внутреннем монологе до воспоминаний о Викторе Тернере. Я оказался в лиминальном пространстве, в состоянии между старым статусом и новым. Мать говорит, что я четвертый час бестолково сижу в шортах и никуда не иду. Она не ведает... Я уже перестал быть прежним человеком, но еще не стал тем, кем собирался. Однако вступил в обряд перехода. Вернуться к прежней жизни нельзя, я ведь переоделся и настроился. В новую тоже: спортзал закрылся. И все же я до сих пор не стал спортсменом. Третий месяц нахожусь на пороге превращения. Не в жука, в нечто большее. Меня осаждают звонки с работы, уведомления в мессенджерах. Я же стойко держу оборону. Поразительно, как мало современное общество уважает длительность инициации.