Депутатские будни

Директор Центра развития региональной политики Илья Гращенков – о последствиях возможного ухода в отставку президента Сербии Александра Вучича – специально для телеграм-канала «Депутатские будни». Заявление Александра Вучича пока не стоит воспринимать как объявление о немедленном уходе. Скорее, это попытка перехватить инициативу у протестующих: не улица заставляет президента уйти, а он сам предлагает стране сценарий политической перезагрузки. Для лидера, который много лет был главным центром принятия решений в Сербии, это способ снизить напряжение и одновременно сохранить контроль над дальнейшим транзитом. Важно понимать, что отставка Вучича сама по себе не означает автоматической смены власти. Временно президентские полномочия перейдут к спикеру парламента Ане Брнабич, которая является частью той же политической команды. Правительство и парламентское большинство также могут сохраниться. Поэтому первый сценарий - это не смена режима, а попытка воспроизвести прежнюю систему уже без Вучича на президентском посту: условный «вучичизм без Вучича». Второй сценарий возникает лишь в том случае, если отставка будет сопровождаться досрочными парламентскими выборами, расколом правящей партии или успехом протестного движения на выборах. Тогда Сербия может перейти к более коалиционной и менее персоналистской модели власти. Причем протесты сегодня во многом строятся не вокруг внешней политики, а вокруг коррупции, качества институтов и требований ответственности власти. Для России уход Вучича был бы неприятным событием, поскольку именно он много лет обеспечивал особую балансирующую конструкцию: Сербия стремилась в Европу, но не присоединялась к антироссийскому курсу в полном объеме, сохраняла энергетические связи с Москвой и использовала отношения с Россией как часть собственной внешнеполитической самостоятельности. Однако говорить, что после ухода Вучича Сербия автоматически станет антироссийской, было бы преувеличением. В стране сохраняются заметные пророссийские настроения, важны энергетические связи, остается косовский вопрос, где Москва для значительной части сербского общества воспринимается как дипломатическая опора. Главный риск для России другой: без Вучича отношения могут стать менее личными и более прагматичными. Новая власть, особенно если она будет зависеть от поддержки проевропейского электората и Брюсселя, может быстрее сокращать российское присутствие в энергетике, жестче обсуждать санкционный вопрос и дистанцироваться от Москвы там, где это даст Сербии выгоды на европейском направлении. Таким образом, возможная отставка Вучича - это не гарантированный геополитический разворот Сербии, но конец привычной для России модели, где один сильный лидер мог одновременно вести переговоры с Москвой, Брюсселем, Вашингтоном и Пекином. Для Москвы это означало бы переход от отношений с понятным посредником к значительно более неопределённой сербской политике.