Специально для телеграм-канала «Депутатские будни» ВОПРОС РЕБРОМ. Энергетический кризис из-за войны в Иране вступает в более опасную фазу. Как сообщают медиа, во время летнего сезона дополнительную нагрузку на запасы нефти, бензина, дизельного и авиационного топлива создадут спрос на кондиционеры и поездки на отдых. Трейдеры предупреждают о приближении переломного момента, когда мировые цены на нефть могут снова резко подскочить. Зампред комитета ГосДумы РФ по экономической политике, д.э.н. Михаил Делягин: Скачок мировых цен на нефть принесет России дополнительные доходы, которые позволят поддержать экономику и оттянуть разрушительную девальвацию. Высокими эти доходы не будут, так как экспорт сырой нефти для удержания России в положении экономической колонии освобожден от платежей в бюджет, а возвращать деньги в охлаждаемую либералами страну нефтетрейдерам незачем, но некоторое улучшение показателей будет достигаться и дальше. Риск в том, что, чем больше оттягивать девальвацию, тем более разрушительной она будет, - но либералы живут по принципу «после нас хоть потоп», как в 90-е. Риск удорожания бензина (так как налог на добычу полезных ископаемых иррационально привязан к мировым ценам) легко может быть купирован мерами бюджетной политики, - но Минфин легко может этого и не захотеть и даже спровоцировать в самый неподходящий момент еще один бензиновый кризис. Депутат ГосДумы Алексей Куринный: Россия самостоятельно обеспечивает свой внутренний рынок. Другое дело, что мировые цены на энергоносители, безусловно, продолжат расти. С одной стороны, это должно увеличить поступления в бюджет, с другой - возможен рост цен и на внутреннем рынке из-за «неполного демпфирования». Многое будет еще зависеть и от наносимого урона инфраструктуре из-за участившихся в последнее время украинских атак на производственные и логистические центры нефтяной и газовой промышленности России. Доцент РАНХиГС, экономист Сергей Хестанов: В настоящее время мировой рынок нефти недополучает значительные объемы нефти из-за блокады Ормузского пролива. Частично это компенсируется использованием резервов. Но резервы не бесконечны, даже в развитых странах они редко превышают 200 дней потребления, а во многих странах - намного меньше. Точной оценки оставшихся резервов нет, и остатки очень сильно отличается в разных странах. Но консервативная оценка позволяет предположить, что через 1-2 месяца вполне возможно исчерпание резервов и панические покупки нефти по любой цене. Это вполне может вывести цены в диапазон $150-$200. Краткосрочно этот сценарий даст РФ значительные доходы (как это было после нефтяного шока 1973 г.). Если же период высоких цен затянется, очень вероятна стагфляция мировой экономики с трудно прогнозируемыми последствиями. Но выгоды от роста цены будут получены сразу, а последствия стагфляции - только через несколько лет. Аналитик ФГ «Финам» Александр Потавин: Новый резкий рост цен на нефть чреват для России двойным эффектом. Госбюджет в этой ситуации получает дополнительный нефтегазовый доход, который может быть отправлен на восстановление валютных резервов или на закрытие проблем с финансированием бюджета. Курс рубля на какое-то время может получить поддержку из-за высокой экспортной выручки. Но значительное укрепление рубля не сулит ничего хорошего местным производителям, которые вынуждены будут конкурировать с дешевеющим импортом. При этом слишком высокие цены на нефть чреваты для мира более дорогой энергией, логистикой, а значит падением торговой активности, ростом инфляции и снижением личного потребления. В результате чего экономики многих стран потребителей нефти могут уйти в рецессию, во время которой обычно падает потребление энергоносителей, что в итоге обваливает цены на нефть.
Депутатские будни
Subscribers
145K
tracking since 27 Oct
Reach per post (ERR)
38.8%56.3K avg views
Posting
11.4/day
last 2 days ago
Reactions per 1K views
1.5
❤ 👍 🔥
Views over time
| When | Views |
|---|---|
| 19 May 2026, 06:01 | 0 |
| 27 Oct 2026, 01:14 | 77.2K |
Who shared this post
Posts in other channels we index that link to this one. (Forwards with a hidden source can't be traced.)
Nobody yet.