Олег Демидов: единственный из

÷÷÷ Напротив дома – бар «Другое место», мне говорили, там из года в год то сыщется пропавшая невеста, то чей-то муж бесследно пропадёт. Ночами ухо делается чутче, берётся различать полутона. Под утро мимо дома ходят чукчи, отведавшие хлебного вина. По городу, потом по тундре топкой они идут, как долгий дождь идёт, единственной, неразличимой тропкой – морзверобой и с ним оленевод – в страну весны, где корюшки навалом, в страну, где шикшу вёдрами берут, где золото блестит за перевалом и втрое платят за всегдашний труд. Бессонница несносна, как щекотка, и память занимает место сна. Пока я не приехал на Чукотку, я и не знал, что ты мне так нужна. «Что за погода там, какие планы?» - ты пишешь из далёкого вчера. Встречают баржу чёрные бакланы и салютуют нерпам катера.