David Gendelman

Для уничтожения противника и захвата перевала переброшены дополнительные силы: рота "алеф" 890-го батальона – Овед Ладыжинский, и две роты сборного батальона "далет": рота "бет" – Иегуда Миттельман, и рота "далет" – Леви Хофеш. Огневые точки противника засекаются вызыванием огня на себя – водитель джипа Иегуда Кен-Дрор смертельно ранен, взводный Дан Зив прорывается живым на полугусеничнике с несколькими бойцами и эвакуирует раненых. Рота Миттельмана пытается соединиться с разведротой-202, несет потери и отступает. Налет египетских "Метеоров", потери у роты Хофеша и минометной батареи, взорвалась машина с боеприпасами. Третья атака разведроты-202 в 17:00 снова захлебывается, командир роты Миха Капуста ранен. Аарон Давиди планирует ночную атаку с двух направлений. С наступлением темноты разведрота-88 (замкомроты Яир Лин) атакует в западном секторе позиции на южной высоте, рота Пайкеса – на северной, Пайкес ранен. В восточном секторе роты Миттельмана и Ладыжинского захватывают верхнюю часть северной высоты и эвакуируют раненых разведроты-202. Затем рота Ладыжинского атакует южную высоту, рота Хофеша – северную. Ладыжинский погиб от своей гранаты, вернувшейся по склону, успев прикрыть собой другого солдата, его заместитель Хаим Мацлиах тоже погиб. Позиции противника захвачены, Гур и Хофи соединяются с Давиди. Основная часть боя шла с 12:30 до 22:00. Ночью и утром 1 ноября – эвакуация убитых и раненых. Затем десантники вернулись на исходную позицию восточнее перевала. Общие результаты – 38 убитых, 120 раненых, массовый героизм солдат и офицеров, 25 наград, из них 4 посмертно. У противника от 150 до 260 убитых. Бой был героическим и ненужным. Моше Даян, "Дневник Синайской кампании": "Их решение атаковать в нарушение моего приказа меня злит, но я понимаю их. Прошло всего восемь лет с тех пор, как во время Войны за независимость я командовал батальоном коммандос на джипах, и я могу себе представить ситуацию, когда бы я принял решение о захвате выгодной для моего подразделения тактической позиции - даже если бы это мое действие было вопреки указаниям генштаба. Я могу поверить, что командир может поступить подобным образом из лучших побуждений, полагая, что офицеры генштаба, не находящиеся на местности, не знают обстановки и позиций противника, и что только он, командир на месте, способен оценить положение и принять правильное решение. Главная ошибка десантников была тактической. Командование части предполагало, что на перевале нет значительных египетских подразделений, и поэтому позволило себе продвигаться по топографически уязвимой местности – в вади, когда люди сосредоточены в транспорте, идущем колонной. Десантники считали, что даже если они столкнутся с противником, они смогут развернуться и заранее приготовиться к атаке. Десантники уверены в себе, они давно выработали боевые приемы, основанные на подготовке и входу в бой с быстрого продвижения, но при особом топографическом строении перевала Митле у такого метода продвижения не было основания. Можно также предположить, что в других случаях командование десантников заранее провело бы разведку местности – наземную или воздушную - перед боем, но в данных условиях, когда бригада находилась на сотни километров в глубине вражеской территории, отрезанная от остальных наших сил, когда египетские танковые и авиационные базы находятся всего в десятках километров от нее - неудивительно, что ее командиры стремились быстро укрепить свои позиции. За неверные предположения и ошибки десантное подразделение заплатило полную цену своей кровью. Что же до нарушения моих приказов и моего снисходительного отношения к этому, правда в том, что я считаю серьезной проблемой армии те случаи, когда подразделения не выполняют свои боевые задачи – а не те, когда подразделения делают больше, чем на них возложено".