Однажды 85 лет назад войска вермахта убили в оккупированной Югославии 7 000 мирных жителей за три дня. Массовые расстрелы начались по приказу генерала Франца Бёме: следовало быстро уничтожить «максимально возможное количество сербов, евреев, цыган и коммунистов». Последних вычисляли по причёскам – якобы «молодёжь коммунистических убеждений» делала особую стрижку. Бёме потом жаловался в отчёте, что солдаты устали – начали убивать рано, с семи утра. А после выполняли сложную задачу: добивали раненых в грудах тел. Убийства в деревнях возле городов Крагуевац и Кралево шли 19, 20 и 21 октября 1941 года. Поводом для массовых расстрелов стало нападение партизан, в ходе которого были убиты 10 немецких солдат и 26 ранены. По правилам оккупантов, за одного погибшего немца следовало расстрелять 100 заложников из числа мирных жителей, за раненого – 50 (всего – 2 300 человек). Но Бёме заявил, что у него нет времени на точные подсчёты, поэтому спокойно сказал – «Мы округлим». Поначалу, сербов расстреливали в деревнях Грошница, Маршич и Мечковац – там уничтожили сотни людей. Священника, пытавшегося остановить расправу, застрелил немецкий офицер, сказав – «Иди, обеспечь им места в раю». В Краегуваце людей забирали из школ, с работы и просто с улицы. Им говорили – это рутинная проверка документов, вам ничего не грозит. Езжайте с нами, мы сверимся с архивами, и отпустим. Первоначально, оказалось, что в заложниках у немцев находится «всего» 70 человек - евреи и коммунисты. Их убили в тот же день, и Бёме этого показалось мало. Он велел собирать с улиц любых мужчин – от 16 до 60 лет. 21 октября состоялась самая массовая казнь – в 7 утра, на центральном кладбище Крагуеваца убили тысячи людей. 217 из них были несовершеннолетними. Позже в тот же день, немцы доставляли жертв к холмам, сгоняли их вниз, и расстреливали сверху. Специальная команда затем шла по трупам в поисках раненых. Сербские четники-полицаи, что служили немцам, захватили в городе 200 цыган, и обменяли на жителей сербской национальности. «Цыган никому не жаль» - спокойно сказал коллаборант Марисав Петрович. – «Мы спасём тех, кого можем спасти. Коммунисты, евреи и цыгане не заслуживают сохранения жизни». Он же отправил под пули всех священников, кого захватили схватили в храмах вместе с прихожанами – «Вашей пастве необходимо духовное напутствие». Пожилого учителя старших классов отпустили. Он отказался, сказав – «Я буду со своими учениками на последнем в их жизни уроке». Его убили вместе с остальными. Ручьи в округе Крагуеваца сделались красными – кровь заливала воду. Командирами двух батальонов, уничтоживших тысячи людей, включая подростков, были люди с высшим образованием - профессор теологии (майор Кёниг) и директор высшей школы технических наук (капитан Фидлер). Солдаты получили небольшое денежное вознаграждение, доппаёк и два дня отпуска как «пережившие стресс». Эта бездушная расправа, и слова Франца Бёне, что славян вообще не нужно жалеть, поскольку они не относятся к правильной расе, обеспечила огромное пополнение в рядах партизан. В лес уходили тысячами, целыми деревнями. Уже к 1943 году партизан-коммунистов в Югославии насчитывалось 320 тысяч. Немцев, бросивших в бою оружие, перестали брать в плен – расстреливали на месте. Попытка жёстко запугать сработала прямо противоположно. Генерал Франц Бёме был арестован союзниками в 1945 году. Узнав, что его вышлют на суд в Югославию, он выпрыгнул из окна тюремной камеры в Нюрнберге и разбился насмерть. Адальберт Лончар (его 724-й полк вермахта обеспечил расстрелы в Крагуеваце) был в 1947 году повешен в Белграде. Офицер Хоффман, убивший в те дни больше всех людей, покончил с собой в мае 1945-го. В Сербии 21 октября объявлено «Днём памяти сербских жертв Второй мировой войны». Последний свидетель казней, Драголюб Йованович, умер недавно, в возрасте 94 лет. Он был 17-летним подростком, и чудом уцелел после 11 (!) пулевых ранений и ампутации ноги. Руководство ФРГ никогда не извинялось перед Югославией и Сербией за эту бойню. (с) Zотов