Однажды Георгий внезапно вспомнил, что Кисе Воробьянинову из «12 стульев» было 52 года. И в описании он седой, замученный, и Бендер его называет «мощный старик». Георгий в страхе задумался. Ему-то уже вообще 55. И, вставая утром с кровати, он, как правило, изрекает устами не прекрасное «бон жур», а философичное «ой, бля». Потому что с перелёта спина болит, и надо ещё таблетки пить для понижения сахара, и кучу всего другого – так день и начинается. Лет 30 назад Георгий приехал на интервью к некоей даме 55 лет, и его поразило количество лекарств у неё дома. А теперь у него столько же (если не больше), и его в принципе ничего не поражает. Кроме того, ему стало лень буквально ВСЁ. Не, конечно, Георгий и раньше был ленив. Скажем, пишет ему восторженная сокурсница в универе – слушай, погода какая отличная! Поехали в Серебряный бор, на пляже позагораем. «У меня тут солнце на кровать падает из окна, - отвечал практичный Георгий. – Приезжай, лапочка, заодно и позагораешь». Сейчас так никто и не позвонит. Какое солнце? Какие пляжи? Куда-то ехать? Зачем? Да в пизду такой типаж отдыха. При сомнительном поступлении подобного предложения Георгий скажет – «Мать, ну ты приезжай, сериал посмотрим, я еду закажу». Ещё Георгий, конечно, не любит работать. Покойная маман, зная про командировочную жизнь, своеобразно утешала его – «на пенсии отдохнёшь». Георгий с удовольствием вышел бы на неё лет в двадцать: но, по непонятным причинам, юношей в этом вопросе дискриминируют. До пенсии, сцуко, ещё дожить надо. Уже щас до неё требуется пахать 10 лет. Когда до Георгия дойдёт очередь, пенсионный возраст сделают 90 лет, и ты сам будешь платить за право жить на пенсии, а не тебе. Вот при СССР женщинам было хорошо – аж в 55 лет, в возрасте, как Георгий, пенсией наслаждались! Завидно. Не, операцию по смене пола Георгий себе делать не станет. Во-первых, ему отдельные части организма дороги, как память, а во-вторых, люди ими ещё вполне пользуются. С ленью и нежеланием работать к Георгию стал приходить вкус к комфорту. Всю жизнь мотался по миру, и жил в дешёвых отелях, а щас увяз в размышлениях. Ещё в 27 назад на интервью в городе Дхарамсала далай-лама ему сказал – «С возрастом больше хочется роскоши. Вот я всегда уходил на ретрит в пещеру в молодости, и жил там по три месяца. А сейчас думаю – а можно поставить в пещере телевизор? А диван? Ведь нигде в книгах Будды против дивана ничего не сказано!». Георгий с восхищением думает – вот мужик-то молодец. Как в воду глядел. И ведь Ленину было 53, и все называли его «дедушкой». Наверняка, прелесть дивана в противовес ненужному аскетизму он тоже осознал. Георгий подумал, не зашила ли тёща тайком бриллианты в стул. Он не будет нанимать сомнительного турецкоподданного, а сам их поищет. Это решило бы проблемы роскошного бытия на пенсии. Но бывшая-то вполне себе жива, и все стулья у неё, а не на аукционе. Можно запоздало поделить имущество, но зная удачу Георгия, ему достанется мебель без бриллиантов. Короче, сплошное невезение в этом преклонном возрасте. Одна лишь прелесть осталась. Учить подрастающее поколение жизни. Вчерась взял с собой Георгий это поколение на дипломатический приём в посольство Малайзии. И так ему там всё нравится. «Вот жизнь у вас, зумеров, - небрежно говорит Георгий. – А я в твои годы на фронте уже работал». «Что, в 17 лет?!». «Не перебивай батю, - строго сообщил Георгий. – Допустим, в 21. Но это неважно! У нас знаешь, какая жизнь была? А сейчас-то что?». Поколение кивнуло, поглощая говядину реднанг в остром соусе. Георгий милостиво взял себе французского шампанского. Жить в возрасте Кисы Воробьянинова ещё можно. Хотя, конечно, с гонкой в поиске бриллиантов точно было бы веселее. (с) Zотов