DarkZotovLand

Двоечника – в тюрьму, за прогул – без сахара. Почему так любят «друга СССР» Когда-то этот человек фанатично строил социализм в одной отдельно взятой стране. Через 35 лет после падения коммунизма, половина людей превозносит его, как бога - а другая считает убийцей. Кто же прав? …»В 1980 году меня схватили и бросили в тюрьму за то, что я написал пьесу, где кто-то усмотрел критику Менгисту, - вспоминает 84-летний драматург Аялне Мулату. – За решёткой я провёл шесть месяцев, потом выпустили…я даже не знаю, почему. Наверное, не захотели с русскими ссориться, я же Пушкина переводил. После, мы очень близко общались с Менгисту, я работал его переводчиком, занимался вопросами культуры. Знаете, он искренне верил в социализм, и мечтал, чтобы Эфиопия стала процветающей страной. Он раздал беднякам землю, уничтожил преступность, обеспечил всеобщую грамотность – ведь при императоре только 5 % (!) населения умели читать и писать. В то же время, он фанатично веровал в коммунизм, и желал гибели всех капиталистов. Менгисту был патологически жесток, подвержен болезненной подозрительности: он часто расстреливал своих противников без суда и следствия, публичные казни и убийства «врагов революции» при нём не были редкостью. Однако, сегодня он очень популярен. Одно агентство провело опрос – сейчас за Менгисту проголосовали бы 52 % эфиопов. Проблема проста - люди устали. Они серьёзно раньше думали – свергнем коммунистов, и заживём, как в раю. Но никакого рая нет. В 1983-1985 гг. от голода умерли сотни тысяч людей, и в 2020-2022 гг. погибло такое же количество. Тогда шла бесконечная война с мятежными провинциями, и сейчас боевые действия. Только при Менгисту не было воровства, коррупции и безработицы, а нынче есть». Это удивительно, но 89-летнего эфиопского диктатора Менгисту Хайле Мариама, ныне живущего в изгнании в Зимбабве, и верно всё больше хвалят. Высказываются мнения, что его нужно пригласить назад – хотя он заочно приговорён к смертной казни. «После него в Эфиопии лучше не стало, мы нищее государство с долгами - считает 20-летний студент Теодорос Крыстос. – В чём же тогда был смысл свержения «коммунистической тирании?». …В Музей мучеников «красного террора» вход бесплатный. Фотографировать нельзя, но взятка в 500 рублей (если считать в российских деньгах), решает вопрос. Служащий музея показывает мне картины пыток в застенках режима, проводит в отдел, где на стендах хранятся десятки черепов и скелетов казнённых. Мы выходим на улицу. «Во время «красного террора» вот здесь людей расстреливали на месте, - объясняет он. – Я помню, как мы шли, стараясь не вступать подошвами в лужи крови». По мнению одних исследователей, при «красном терроре» погибло 30 000 человек, по версии других – 400 000: точное число до сих пор не выяснено. Я задаю служащему вопрос – при очевидной жестокости диктатуры, почему же тогда столько людей скучают по Менгисту? «Он был искренний, настоящий, - отвечает экскурсовод. – Не воровал, никаких миллиардных состояний у него не было. Себя не жалел на этой работе. Он стоял за единство страны, пытался не дать Эфиопии развалиться на части. Да, он диктатор. Ну, а сейчас мы что, не при диктатуре живём? Очевидно, Африке вообще не подходит демократия, и глупо было на это надеяться. Как тогда получали на работе гроши, так и теперь получаем». В центре Аддис-Абебы расположен огромный мемориал в честь победы над Сомали в 1977-1978 гг. – на одном барельефе изображён Менгисту Хайле Мариам, ведущий народ на фронт, на другом – мирная жизнь с жатвой, голубями мира и счастьем под руководством мудрого вождя: аналогично с его же лицом. Памятник не демонтирован и через 35 лет после бегства Менгисту. «Он выиграл войну, и глупо это отрицать, - заявляет мне инженер Мекконнен Аиво. – У нас тогда армии почти не было, но Менгисту призвал русских с кубинцами, обещал СССР верность, и обеспечил поставки оружия. Без него сомалийцы забрали бы нашу провинцию Огаден. Он настоящий тиран, но здесь я ему благодарен». …»При Менгисту Хайле Мариаме была развёрнута широкомасштабная кампания по ликвидации неграмотности, - рассказывает посол России в Эфиопии Евгений Терехин. – Студенты выезжали в отдалённые регионы, учили крестьян читать и писать. И после я слышал от людей такое – «Благодаря этой кампании не только я научился грамоте, но и дети мои пошли в школу, и получили высшее образование: следует сказать «спасибо» Менгисту». Бесспорно, методы иногда были жёсткими. Мы тогда выезжали за город на рыбалку, и нам помогали мальчишки деревенские, в расчёте немножечко подзаработать – сумки подносили, удочки. Среди них был один мальчуган лет 12, который с нами общался: весёлый, задорный. Приезжаем как-то, а его нет. Спрашиваем – а где он? А он, оказывается, в кутузке. За что? В школе пропустил три дня занятий. Вот это уже перебор, конечно. В оценке правления Менгисту общество в Эфиопии разделено. Хватает тех, кто аплодирует ему с восторгом, и много тех, кто вспоминает о нём с ужасом. В остальном же – скажу банально: не всё так просто. Подзабыли, что «красный террор» был провозглашён Менгисту в ответ на «белый террор». Казнь 60 министров бывшего императорского режима – да, прямо скажем, была не самым благородным действием. Но нужно всё рассматривать, исходя из конкретной ситуации. В общем-то, эфиопские революционеры друг друга тоже не шибко щадили, когда дело доходило до острых споров по аспектам идеологии. Что сказать? Какие были времена, такие были и методы». …»Те, кто упрекает Менгисту в жестокости, игнорируют факты – он руководил в годы непрекращающейся, финансируемой США и Западной Европой войны против своей власти, - объясняет свою позицию бывший студент советского вуза Мелаку Мелесе. – И голод случился потому, что крестьяне бежали из зоны боёв, некому стало обрабатывать землю. Кто виновен? Именно Запад 17 лет давал деньги и оружие на продолжение войны, что привело к гибели сотен тысяч людей во время боёв. Менгисту хотели свергнуть за откровенное желание построить свой, африканский СССР». Я спрашиваю про отношение к масштабным казням и «красному террору», и слышу в ответ – «Простите, это Африка. У нас на континенте было полно проамериканских режимов, ещё более жестоких – как Мобуту в Заире, Сиад Барре в Сомали, Масиас в Экваториальной Гвинее. Но что-то никого в Америке не волновало, что они делали со своим народом, а вот Менгисту очень волновал – с точки зрения Запада, у него была неправильная идеология». «Я не спорю, жизнь была трудной, - вспоминает учившийся в СССР Гету Хайле. – Но в чём заслуга Менгисту – государство было крепким. 100 килограммов основного питания эфиопов, зерновой культуры теф, стоили 80 бырр – почти даром, ибо цены были фиксированные. Да, Менгисту требовал, чтобы все учили грамоту. Двоечников сурово преследовал. Прогуливали уроки – могли отправить на общественные работы, или лишить талонов на сахар в госмагазине. Но он не для себя же старался, а для страны. Сейчас никого не удивляет, что у нас люди образованные, многие английский знают. А это внедрял как раз конкретно Менгисту». …Бывший диктатор по-прежнему находится в Зимбабве, и изрекает общие фразы, вроде – «История нас рассудит». Кто бы мог подумать о его популярности после свержения 35 лет назад? Жизнь непредсказуема. #ZotovUSSR35 (с) Zотов