Однажды Георгий узрел страшный день святого Валентина. Из тёмных подворотен, пересчитывая пачки пятитысячных купюр скрюченными пальцами с длинными ногтями, хохотали продавцы цветов и шоколада, жаждущие неприличного обогащения, и диких разнузданных поездок на Мальдивы. Они наверняка любили этот праздник больше всех остальных. Ведь на 8 марта шоколад дарить необязательно, а тут эдакое счастье. Георгий сейчас находится в Софии, но болгарская столица тоже поглощена типичными кошмарами. Всюду сновал народ с красными сердцами в подмышках. Они считали расходы, и было похоже, что им вправду вырвали сердце. Продавцы цветов и шоколада скалили из глубин магазинов клыки, хищно улыбаясь среди вяленых роз. Они проводили тёмные ритуалы, ведомые только бокорам чёрного вуду с острова Гаити. Этот ритуал действует сугубо на 14 февраля и 8 марта, когда из подвалов разом восстаёт вся цветочная нежить. Колдуны из продавцов обрывают ей увядшие листья, снимают пожухлые лепестки с бутонов, и выкладывают этих зомби на прилавок - дабы он выглядели как нежные нетронутые девственницы. Сегодня сметут всё, даже эту дохлятину. Алчные продавцы прикидывают, как сегодняшим вечером усладят свои чёрные сердца дорогим вином и плясками блудниц. Шоколад, к счастью, оживлять не надо, он всегда готов для жертвоприношения - таять в горячих девичьих ртах. Где-то слабо блеют насчёт Петра и Февронии борцы супротив Валентинова дня, но блеяние не слышно в какофонии хрустящих обёрток от шоколада и зловещего шелеста полумёртвых цветов. Что дарить друг другу на эту Февронию? Просвирку и свечку, что ли? Нет. Цветочная мафия придёт за вами. Они голодны. Они жаждут. Они любую Февронию уберут в сторону, невзирая на сложность произношения её имени. Купи своему мужику постный шоколад, а он тебе пусть купит цветы. Иначе мир треснет напополам, и все цветы восстанут из могил. Древние продавцы цветов, живущие среди чёрных скал, хрипло шепчут колдунам, что ещё 35 лет назад при социализме, включая и болгарский, жили иначе. Было лишь одно 8 марта, и жилось плохо. Стеная от нищеты, они клали в плов вместо молодого барашка жёсткую говядину, а цветы везли с Кавказа и подмосковных хозяйств. Но это время проклято навеки, его нельзя вспоминать. Надо зарезать барашка, пролив его кровь на груды шоколада, и тогда жертва будет принята демонами святого Валентина. И люди купят много цветов-зомби в этот день. "Как жаль, - шепчут столетние знахарки беззубыми ртами. - Что не принято дарить цветы на Новый Год, День национального единства, и Первое мая. Какое упущение. Сколько цветов можно было бы поднять из могил в этот день! Но мы работаем над этим. Мы ежедневно и ещенощно молимся Баал-Хаммону". Железный Баал молча пожирает свои жертвы, погружая землю в цветочную тьму, и затмевая почитателей Петра и Февронии. Что поделаешь, если люди не дарят друг другу цветы и шоколад каждый день просто так? Потому что девушка божественно красива, а парень офигенно ей нравится. Поэтому мы придумаем такие вот праздники, ага. Хочешь, не хочешь, а надо. И как правильно, что они следуют друг за другом, подряд. Отвертелся каким-то чудом на 14 февраля, но ничего - зато на 8 марта точно не отвертишься, красавчик. Иначе, увы, у нас не работает. Кстати, 25 лет назад у Георгия вышла жёсткая дискуссия с бывшей на тему праздника святого Валентина. Георгий новомодные праздники не любит. Стоически выслушав все аргументы, с историческими доводами и объяснением коммерциализации, бывшая заявила – «Мне вообще похуй на обоснования. Я баба, и я хочу цветы. Исполни». С этого дня Георгий прекратил ссоры. Если баба хочет цветы в какой угодно день – он даёт ей цветы. Спорить бессмысленно, ей же правда похуй на обоснования. И знаете, это более чем логично. (с) Zотов