Однажды Георгий решил вам рассказать про некоего бизнесмена Йона Рабе. Этот нацист в 1937 году во время Нанкинской резни (я рассказывал про неё в посте 13-го декабря) создал с другими сотрудниками посольств «Зону безопасности», и тем самым спас жизни 250 000 китайцев. Рабе вступил в НСДАН 1 марта 1934 года – к тому времени он уже приличное число лет не жил в Германии, а находился в Китае, работая на известную и сейчас компанию «Сименс». Узнав о жестоких убийствах мирных жителей японцами в других китайских городах, он заранее подготовил и организовал «Зону безопасности» в Нанкине – очень маленькую, размером 3,86 км, где могло укрыться мирное население. Он предусмотрительно закупил продукты и воду, медикаменты, хорошо подготовился – представляя, какое побоище всех ожидает. Рабе был избран председателем Международного комитета, ответственного за «Зону», туда же входили иностранные дипломаты, бизнесмены и священники. Японские войска не могли вторгаться на эту территорию, на неё распространялся дипломатический иммунитет, она считалась зоной ответственности других государств. Только в своём доме Рабе укрыл 500 человек. В целом, как считается, в «Зоне» (в иностранных консульствах и других местах, как университет) разместились 250 000 беженцев, сидя буквально друг у друга на головах – но, в то же время, они уцелели, пока японцы устроили в Нанине настоящую бойню, уничтожив как минимум 300 000 мирных жителей. Их могло погибнуть в 2 раза больше, но благодаря действиям Рабе многие смогли выжить. Йон писал – «Как японцы могут желать причислять себя к европейским державам, если являются убийцами хуже орд Чингисхана?». Он ещё не знал – его собственная страна превзойдёт японцев, пролив кровь десятков миллионов. 23 февраля 1938 года Рабе отправился назад в Германию. Он взял фильмы, документы и фото о зверствах японцев в Нанкине, и написал письмо Гитлеру, прося фюрера остановить убийства мирного населения в Китае. Гестапо задержало Йона, и подвергло его допросу. Письмо, разумеется, Гитлеру не доставили, а если бы доставили – тот только посмеялся бы: фюрер сам уже планировал убивать мирных жителей в СССР, Польше и Югославии. После вмешательства «Сименс» Рабе выпустили, но отобрали фильмы, запретили читать лекции и давать интервью о резне в Нанкине. Фирма отправила его подальше – в Афганистан. Он вернулся в Берлин ближе к концу войны. НКВД после штурма Берлина задержал Рабе, допросил и отпустил, не найдя на нём никакой вины. Потом, арестовали британцы – и выпустили тоже. «Сименс» платил ему мало, а потом кто-то из доброхотов донёс, что Йон член НСДАП, и его уволили с работы. В 1946 году Рабе объявили «денацифицированным», но он жил в нищете, распродав имущество и истратив сбережения, чтобы кормить семью. Дети его воровали овощи с огородов, и ели чёрствый хлеб. В 1948 году о бедности Рабе узнали жители Нанкина – они собрали сумму, эквивалентную сейчас $26 000. Мэр Нанкина поехал в Германию через Швейцарию, и закупил для семьи Рабе продукты. После этого, население Нанкина 1,5 года слало еду своему спасителю. Тот отвечал письмами с выражением благодарности. 5 января 1950 года 67-летний Рабе умер, ещё через 14 лет умерла его жена. Ему воздвигнуты памятники и в Нанкине, и в Берлине, и его нанкинский дом превращён в музей. Так вот, к чему я это? В огромной Германии нашёлся только один человек, что выступил в защиту мирных жителей Китая, которых убивали у него на глазах. Но не сыскалось во всём рейхе ни единого немца, что спас бы своими действиями 250 000 русских. Да, было дело, немцы переходили на сторону Красной Армии (как Фриц Шменкель или Хайнц Кесслер), убегали к партизанам, помогали мирным жителям. Но такого массового, грандиозного спасения сотен тысяч людей – такого не было. Уверен, у нас бы личность, подобную Рабе, люди завалили бы продуктами и благодарностями. И кормили бы потом до конца жизни. Однако, на весь Третий рейх ни один такой человек, желающий спасти граждан СССР, так и не нашёлся. (с) Zотов