VOICE ✔

«Отвечаю «Героине Татлера», наверное, в первый раз в жизни», – говорит Оксана Лаврентьева, обещая поставить жирную точку и дать нам эксклюзив о наболевшем. Об отношениях с Александром Тереховым в целом и недавнем скандале имени ЦУМа в частности. Часть 1. Что было до «Мне так надоели спекуляции на эту тему, что я хочу закрыть все возражения одним постом раз и навсегда. Саша Терехов очень талантливый дизайнер, но, к сожалению, абсолютно несостоятельный в любых вопросах бизнеса. Чтобы дать комментарий, где всем все будет понятно, мне придется начать с того, как началось наше сотрудничество и как получилось так, что имя дизайнера оказалось у меня. Имя изначально принадлежало Александру Терехову. Я выкупила лекала и вообще все, что можно было использовать, у его предыдущего партнера за 300 тысяч долларов. Далее я вложила огромную сумму в бренд, и у меня на руках не было ни одной бумаги. Мы договорились о том, что у нас будет совместное предприятие, на котором 30% будет принадлежать Александру Терехову, а 70% будет принадлежать мне. Мы договорились, что на этом совместном предприятии будет его имя. То есть изначально я ему предложила достаточно щедрые условия, учитывая, что взяла я его из бутика-каморки в подвале и он был весь в долгах, которые мы бесконечно потом за него платили: и моделям, и поставщикам тканей, и кому-то там еще. В общем, из всех достижений у Саши был талант, показы на Нью-йоркской неделе моды и то, что его носила Светлана Бондарчук. Как он сам мне говорил, больше тысячи рублей в его кармане не было никогда. Ему положили зарплату 10 тысяч долларов, подарили машину Мерседес, наняли личного водителя, покупали ему страховку в EMC, лечили, возили за границу по клиникам, когда у него были проблемы. Я ему как-то предлагала подарить внушительный вступительный взнос на квартиру с тем, чтобы он платил остальные деньги в кредит из своей немаленькой зарплаты. Но он отказался, потому что сказал, что не будет сейчас покупать квартиру, так как в поездках с Михаилом Друяном не сможет оплачивать мишленовские рестораны. В общем, я о нем заботилась как могла, я старалась всячески улучшить его жизнь. На него работала команда людей примерно из ста человек – чтобы он никогда не касался никаких бытовых вопросов и мог только творить. Ему всегда давался полный карт-бланш на коллекцию дефиле. Единственное, во что я вмешивалась, это в пре-коллекцию. И то, я вмешивалась, исходя не из собственного разумения, как это должно быть, а из отклика оптовых клиентов, чтобы соблюсти коммерческие интересы. Правильно ли я это делала или нет, успешно или нет, это другой вопрос, у меня не было опыта и я училась бизнесу на ходу. Тем не менее, за 3 года мы смогли с Александром вместе, общими усилиями развить бренд до 15 миллионов евро. И у нас был феерический успех. Но вернемся к тому, почему Александр потерял свое имя. На тот момент, когда я уже вложила деньги и год с ним работала, мы наконец-то подготовили все бумаги, чтобы зафиксировать наши договоренности. Напоминаю, 70 на 30. Александр нанял адвоката. Адвокат начал на сделке «исполнять»: рвать бумаги, говорить, что мы грабим, оставляем бедного дизайнера без ничего, и говорить, чтобы Александр ничего не подписывал. Александр позвонил Михаилу Друяну, посоветовался. Тот ему сказал ничего не подписывать, и Александр ничего не подписал. На что я сказала, что на этом мои отношения с Александром закончены, потому что это полное свинство. Мы долго готовили этот документ, договаривались, и мне не очень понятно, как можно эти договоренности разрушить и зачем что-то вымогать вместе с адвокатом. На следующий день или через день, когда Александр понял, что я не шучу, он начал мне звонить и говорить, что он на все согласен. Но в этот момент уже я сказала, что ни на что не согласна и что теперь он может работать в этом бренде только как нанятый дизайнер, отдав мне имя. Иначе я отказываюсь инвестировать дальше и закрываю весь этот проект, потому что мне все это просто надоело. Дальше мы продолжили работать». @darkvoicemag