Бахчисарайские гвоздики

У Еврейского музея скоро начнется новая глава. 29 сентября на попечительском совете там представили концепцию развития музея как одного из самых ярких мест на карте Москвы, с акцентом на образовательные и просветительские проекты. Публике ее чуть позже представит Анастасия Карнеева, которая летом пришла в музей исполнительным директором. Я про нее уже писала: когда вышел альманах «Артгида» и когда она приходила к нам в Клуб «МОСК». Мне близка заявленная идея — объединять людей с разным культурным багажом, опытом и взглядами. Опыт у Анастасии как раз подходящий: журфак МГУ, история искусства в Лондоне, 8 лет в Christie's, где она открывала московский офис, потом «Артгид». Ждем, что покажут.

В жизни большого русского артиста, Александра Вертинского, семейного тепла почти не было — отец и мама ушли рано, а маленький Саша скитался по тетушкам, еще до своего уезда в Москву из Киева. Но те несколько страниц воспоминаний хлебосольных дореволюционных праздников, описанных в его автобиографии «Дорогой длинною» — настоящее #КультурноеГастро «Бабушка еще отлично пекла, варила и жарила всякие вкусные вещи: паляницы, кныши, оладьи, пироги — постные и скоромные, блины, кулебяки и пр., коптила гусей, мариновала грибы, делала летом изумительную окрошку из раков. А вареники с вишнями и сметаной? А цыплята, фаршированные пшеном? А зимой, к Рождеству, когда кололи кабана, бабушка готовила украинскую колбасу крупной резки, которую держали слегка обжаренную предварительно на сковородке в растопленном сале, и она сохранялась долго, всю зиму, и по мере надобности от её колец отрезали кусок и жарили с луком и салом. Из крови делали кровяную колбасу. Кишки, начинённые гречневой крупой или пшеном, подавались к борщу горячими, прямо со сковороды, потом шли всякого рода заливные и студни. А в кладовках зимой целыми огромными пластами висело сало, розовое с коричневыми прожилками, мягкое и вкусное, в особенности с чёрным хлебом и чесноком или луком. Иногда братья уезжали в ночное, чтобы развлечься, и всегда брали с собой это сало. Как вы понимаете, я увязывался за ними. А какую ветчину запекала в ржаном тесте бабушка, кладя под него лёд! А медвежьи окорока, а седло дикой козы! Да разве перечислить все, что умела готовить эта чудесная старушка! Большая была хозяйка! Теперь уже нет таких. Время не то! Некому этим заниматься, да и не у кого учиться.»

Ищите наши шоколадные сырочки «Москвичка» в колабе с моей любимой пекарней «Печорин»! Они пышные, больше как творожный мусс, не сладкие, с вишневой сердцевиной. Готовили мы их долго, дегустировали начинки, меняли состав, чтоб был более пористый, добивались роскошной формы…. Короче, в сырках этих на самом деле много Любви. Любви нашей команды к потребителю, читателю, нашему комьюнити. Мы хотели, чтоб кроме выпусков журнала у вас были еще поводы для радости, которую можно разделить с нами, с «Москвичкой». А творожные сырки это, конечно, радость. Потому что про детство, про ностальгию, про пресловутое «замедлиться» и раскусить )))

+6

В Питере по-старинке (знаю, что крайне туристической и московской, но что поделать) уважаю местный Four Seasons. Захожу сюда, выдыхаю и сразу рассматриваю детали. Тут везде очень грамотный световой дизайн, свечение мягкое, теплое, окутывающее тебя уютом. Классическая музыка, особенно за завтраком. Я музыку и свет обращаю всегда крайне много внимания. И если меня что-то подбешивает, например, неудачный плей-лист, настроение будет испорчено 🙃 Отточенный и одновременно ненавязчивый сервис, обновленная спа зона, правильные матрасы, мишки «Барни» на завтрак)) плюс вечером всегда можно заглянуть в Xander, который все еще хорош. Приятным удивлением было обнаружить в номерах свежий выпуск «Москвички» и наш питерский номер! P.S. За дрессинг спасибо 1811. Всё-таки у этого бренда идеальный мэтч с городом.

+6

Уикенд в Питере с нашим клубом «МОСК» ❤️ Все началось вчера рано утром с Сапсана. По дороге сквозь солнечную осеннюю субботу вместе Машей Моргун, Дианой Манасир и Лизой Аминовой пили кофе и обсуждали тусовки в синагогах, операции на челюсть, настоящих мужчин и искали ответ на вечный вопрос «что дарить, у кого все есть?» (спойлер: именные пластинки с любимыми песнями). По приезду сразу отправились в офис продаж квартала Евгеньевский — первого жилого района де-люкс сегмента в Санкт-Петербурге. Это редкий для города формат: три сотни резиденций, три гектара собственной территории, отдельный сервис консьерж-сервис, который и собаку вашу выгуляет, и дрова для камина принесет. Ну и плюс ко всему внутри комплекса планируется longevity-пространство от курорта «Первая Линия». Уже потом в баре Xander перед книжным клубом обсуждала с гостями, что идея Евгеньевского для москвича великолепна — это же идеальная квартира выходного дня! Район находится близко к Московскому вокзалу, безлюдный, с хорошими ресторанами и легендарным баром «Хроники». Дальше была, собственно, лекция от Крис Потупчик и Макара Вихлянцева про купечество, московское и питерское. Вечная дихотомия двух столиц никому не дает покоя)) Меня же, еще со времен номера «Москвички» про Санкт-Петербург, волнует вопрос — почему все самое прогрессивное в стране отсюда, из Питера? Рестораны, галереи, музыка, хореография, театр, гостиный бизнес, мода!! Все лучшее придумано тут, а далее импортировано в Москву. В общем, Питер нежно люблю 💔Клуб «МОСК» тоже — уезжать теперь страшно не хочется. А ответ на вопрос «что дарить человеку, у которого все есть» по ходу пьесы найден — квадратные метры в Евгеньевском! Ну или хотя бы воспоминание о городе)

Be a traveller, not a tourist!

Еще вот, чем горжусь: святой человек Игорь Компаниец взял интервью у другого святого человека Оранжа для сайта «Москвички»! Про новый бар, старый Симачев, «неотделимую часть семьи» Машу Попову и лучших арт-директоров города.

Сергей Минаев добрался до истории московских «мануфактур». Новую лекцию с Департаментом промышленности Москвы записали в Третьяковской галерее — место более чем подходящее для рассказа о столичных промышленниках. Минаев рассказывает, как складывалась московская промышленность, вспоминает известные династии и переходит к сегодняшним производствам. Сейчас в городе больше 4,7 тысяч предприятий, где трудятся более 760 тысяч человек. А за последние пять лет объем производства вырос больше чем втрое. В Москве делают практически все: от продуктов и одежды до роботов и космических двигателей. И каждый год появляется еще 150 новых компаний. Лекция уже вышла — посмотреть можно по ссылке.

Еду в «Сапсане» в Питер, устала страшно — каждый день работа из офиса, куча встреч, подсчётов. Вечером, как обычно, какие-то вечерние мероприятия с партнёрами. И в добавок выступления на публичных дискуссиях и записи эфиров. Заметила, что часто люди смотрят мой инстаграм и пишут мне, мол, какая у меня картиночная приятная жизнь. Либо обижаются, что я куда-то «не пришла» — на ивент, на показ или тусовку. А я реально в состоянии тряпочки выползаю вечером из офиса, и сил нет идти даже на массаж 🤪 Потому что скоро спать, потом спорт, потом очередной зум на сто человек, желательно с девяти утра, потом кто-то уволится, кто-то наорет. А кто-то и предаст. И так по кругу. Мой нутрициолог искренне не могла понять, почему я ем в такси. Но в течение буднего дня это единственный шанс спокойно пообедать. Единственное, что хочу — больше писать в «Гвоздики». У меня многие месяцы был тотальный бёрнаут по ним. Всё-таки много лет писать сюда - ни одна кукуха не выдержит)) Я никак не могла прийти к решению, какой контент уместен. Не хотелось перегружать канал «Москвичкой» и «Огородом», но вся моя энергия сейчас очевидно в этих проектах. Поэтому избегать тут рассказов про редакцию — путь в никуда. Ещё сейчас много занимаюсь домом, готовкой, накопился опыт в зож-практиках, хочется делиться этим тоже. В общем, муд в «Гвоздиках» точно поменяется. Но стихи, мемы, рубрики про гастро, подборки любимого кино, обзоры на арт-рынок, прессу и будни редакции точно останутся на месте. Остаёмся на связи, обнимаю, и сил мне сегодня ❤️

Ну и считаю, что это реально абсолютно гениальная постановка Астмана на Снежане Крюковой и Антоне Пануфнике. Сейчас пересмотрела — снова мурашки. Вот для чего должны существовать танцы!

+3

На той неделе успела сходить в рамках экспериментальной программы «Особняка «Дашков 5» на показ новой версии моноспектакля «Фавн». Ставил его израильский хореограф Артур Астман, а мой любимый Мигель выступил в качестве продюсера и сорежиссёра спектакля. Формат камерный, иммерсивный и очень ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЙ))) Сцены как таковой нет, есть пространство действия Артура, который то фавн, то Вацлав Нижинский, то сам Артур, но только в молодости. Музыка Равеля заполняет комнату, герой обнажает свою хрупкость, рассуждает о природе сексуальности, превращает своё тело в холст, соблазняет, заигрывает со зрителем и даже жарит великолепный стейк! Я сидела и не верила глазам — могу представить такое в каком-то прогрессивном театре Тель-Авива, но у нас?! Это вау))) Рассказывать бессмысленно, срочно берите билеты, если ещё будет показ этой осенью. В сентябре было всего два дня, и это, конечно, бесценно. В финале, кстати, настоящий банкет. P.S. Я с Артуром знакома много лет, помню его ещё со второго сезона «Танцев на ТНТ». Там, естественно, было много коммерческой хореографии (что хорошо), а Артур творил какой-то дикий арт. Для телека в те времена это было позволительно. Потом я оказалась в танцевальном лагере Мигеля в Сочи — ходила к Артуру на мастер-классы. Мы там, конечно, не у станка стояли, а занимались импровизацией. Как-то он дал нам задание представить, что ноги — это корабли, в руках мы держим облака, а пупок привязан нитью к звезде. Ощущения были на грани кислоты. Потом, уже работая хореографом, я много использовала этот приём.

На Московской неделе моды показали коллекцию Сбера, созданную с Ushatava. Проект посвящен 185-летию банка — через одежду и перформанс она рассказывает о «корпоративной эволюции». Режиссер Анна Гусева выстроила показ как трехактный перформанс под электронные аранжировки классики Стравинского. Шоу стало метафорой к исторической трансформации банка. Образы со строгими формами и технологичными материалами демонстрировали не модели, а перформеры. Камеры считывали движения танцоров на подиуме, и ИИ мгновенно превращал и достраивал новые визуальные образы и силуэты на экранах. Получается, историю большой компании тоже можно перевести на язык современного театра.

Медиадиета! Платформа Cultured спросила у 10 людей из искусства, моды, дизайна, гастрономии и медиа, что они читают, слушают и смотрят в 2026 году и как вообще выстраивают отношения с информацией на фоне бесконечного потока новостей и ИИ-слопа. Историк искусства Ханс Ульрих Обрист начинает утро с The Economist Espresso, а в рабочее время читает газеты и журналы далеко не об искусстве. Станислав Лем когда-то посоветовал ему не замыкаться внутри одной дисциплины. Сейчас из подкастов слушает Weird Studies, а из книг советует поэзию. Перед сном — никаких экранов. Главред Columbia Journalism Review Бетси Мораис читает CJR, Garbage Day, American Crisis, The New York Times, The Guardian, New York Magazine, The New Yorker и The Atlantic. Новости через ИИ принципиально не получает, а за завтраком и ужином в семье убирают телефоны. У Моники Левински guilty pleasure — аккаунт DeuxMoi со сплетнями о селебрити. Чтобы отвлечься, смотрит комика Джоша Джонсона и мемы. Ночью у неё отдельное правило: соцсети можно открывать, рабочую почту — нет. Шеф Тара Томас ищет гастрономические адреса не через Google Maps, а через Fare Magazine. Для полного отключения от забот она выбирает короткие ролики. Рэйчел Картен, автор Link in Bio, начинает день с рассылки L.A. Material. Идеи чаще ищет в сложных медиа — от Docs to Watch до shaad magazine. А для отдыха смотрит Errands show, где людей снимают за обычными повседневными делами. Фотограф Майлз Лофтин признается, что его главный новостной источник — X. Из профессионального любит подкаст о фотографии The Messy Truth и модный The Cutting Room Floor Речо Омонди. Куратор MoMA Паола Антонелли собрала, пожалуй, самую внушительную медиадиету: утром NYT, The Economist World in Brief и NY1, по дизайну — It’s Nice That, Dezeen, designboom, Frame, Icon, Surface, Wallpaper, e-flux Architecture*, плюс Wired и MIT Technology Review. Ведущий Talk Easy Сэм Фрагозо подписан среди прочего на The New Yorker, The Atlantic, Puck, The Daily at Criterion и New York Review of Books. Фешен-журналист Тим Бланкс первым делом читает Мэтта Беллони на Puck, регулярно — The Guardian, Financial Times и NYT, а ещё выписывает The Atlantic, New York, The New Yorker, Vanity Fair и другие. Самый очаровательный ответ на вопрос, что он читает для отдыха от работы: аукционные каталоги. Сара Льюис сначала медитирует и работает, а уже потом открывает новости: рассылки Шеррилин Айфилл и Хизер Кокс Ричардсон, The Atlantic, NYT, Boston Globe, CULTURED, Hyperallergic и академические арт-журналы. После полудня медиа почти не смотрит — считает, что для собственной работы нужны длинные отрезки времени без информационного шума.

На днях в «Пиотровском» прошла встреча от Т-Бизнеса и книжного клуба сообщества изионистов. Обсуждали книгу основательницы ювелирного бренда Avgvst «Аутентичный бренд. Как строить бизнес от сердца». Встреча стала частью проекта «Свежий бизнес» для начинающих предпринимателей. Интересную мысль озвучила создательница Don't Touch My Skin: у каждого бренда есть ДНК, а проявляется оно в том, насколько бренд последователен в решениях и как он общается с аудиторией. В книге это раскрывается через ценности. Они задают ориентиры для решений и помогают бизнесу расти, оставаясь верными себе и клиентам. Поэтому на старте важно продумать не только продукт, но и принципы, на которых все будет строиться.

Мне плохо

«Очень необычно, зайка» — это про книжный выбор бразильского футболиста Густаво Скарпы, благодаря которому «Смерть Ивана Ильича» Толстого поднялась на второе место продаж в книжных. Выбор удивительный просто. Ну а в том, что в Бразилии футболисты — лидеры мнений, сомнений не было. Вот бы ещё «Антоновские яблоки» Бунина Скарпа прочёл и посоветовал. Представляете, бразильцы на другом конце света тосковали по русской осени.

+1

На открытие своего нового бутика в Столешниковом IDOL пригласил трех художников, чтобы показать, как постепенно идеи обретают материальную форму. Ирина Дукина создавала вазу из черной глины, Юлия Дюбенко работала со стеклом, превращая его в изысканные цветы, а Алексей Жучков работал над мозаикой, посвященной Федерико Феллини и его родному Римини. Художники работали прямо в бутике, превращая вечер открытия в своеобразную мастерскую. Также IDOL показал главные образы из новой осенне-зимней коллекции в формате транк-шоу. Это современный power dressing, когда одежда с помощью точного кроя, комфортной посадки и выразительных деталей отражает индивидуальность своего владельца.

На финал BRICS Fashion Summit организаторы оставили, пожалуй, одних из самых ярких спикеров. На одной сессии выступили Татьяна Ким, Максим Орешкин и Кирилл Дмитриев. Говорили о трендах, маркетплейсах и возможностях выхода российских брендов на международный рынок. Ким считает, что для этого у отечественного бизнеса уже есть все ресурсы — нужно только грамотно подойти к развитию бренда, мыслить масштабно и задействовать все доступные инструменты. Глава RWB уверена, что Россия может сама задавать глобальные тренды и запускать «собственных Лабубу».

Кайл Маклахен в свои 67 — один из немногих, кто идеально вписался в рилсы, без возрастного кринжа. Обожаю его самоиронию. Молодость прошла, и слава богу.

Дворцово-парковый ансамбль Архангельское называют подмосковным Версалем за красоту и изящество. Его история началась с небольшого имения Уполозы, впервые упомянутого в XVI веке. В середине XVII века оно перешло дворянскому роду Одоевских и получило современное наименование по каменной Архангельской церкви. Позже здесь появился роскошный архитектурный комплекс, который впоследствии неоднократно достраивали новые владельцы. Подробнее читайте в карточках. #ПутешествиеВСМ Наш канал в МАХ — подписывайтесь