Бахчисарайские гвоздики

Я ношу свою кепочку набок. Я съедаю на завтрак лимон. Обожаю я толстых прорабок в хриплом мареве их панталон. Бледным миром дышу и вдыхаю, чаровница, его аромат. И бестрепетно я отцветаю, скушный, как о марксизме доклад. Но куда, но в какую халупу, чаровница, тебя приведу из столовой? Там требуют супу! Там безрадостно, словно, в аду. С этой улицы тёмной и дерзкой? Чаровница! В зелёном шарфе! Из дружины какой пионерской? Из какого глухого кафе? Может быть, истанцованной зальцы полупьяный мне воздух глотнуть? Чаровница! Замёрзшие пальцы! Каждый пальчик нам нужно обдуть, обогреть! Ты искусница! Детка! Чаровница! Изменница! Мать! Погоди, только звякнет каретка – станем пальцы твои целовать! Каждый день обветшалые мо́зги расступаются. Детка, шагай. Чаровница, ты в детской матроске, а себе я твержу: умирай. Гастраномически-фатальное от Евгения Вензеля