Китайская угроза

Александр Гельевич Дугин абсолютно правильно говорит в свежем интервью NEWS.ru про необходимость «большого рывка, большого скачка». Президент призывает нас к рывку с сентября 2014 года. Проблема в том, что Дугин ничего не говорит о сути, направлениях и движущих силах этого большого рывка-скачка. А это значит, что, скорее всего, с такой абстрактной формулировкой может повториться трагедия того Большого скачка вперёд (大躍進), который в конце 1950-х годов унёс в Китае, по разным оценкам, от 20 до 40 млн жизней. Эта беспечная беспредметность и безответственность хорошо видны на рассуждениях Дугина про демографию. Опять же, в начале абсолютно правильное указание на то, что мы – вымирающая страна и, если хотим остаться в истории, просто обязаны переломить это безудержное вымирание и перейти к демографическому росту. Я даже ставлю задачу более жёстко – выйти через столетие на Русский миллиард (человек). Но то, что предлагает Дугин, - либо общие слова, либо не просто несерьёзно, но и чистой воды вредительство. Я даже не буду как-то оценивать его призывы к «святости брака», великой формуле прошлых столетий, которую ни сам Александр Гельевич, ни его близкое окружение явно по жизни не выполняют, и я бы даже сказал, раз уж о святости речь зашла, иногда, наоборот, открыто, публично, агрессивно попирают эту самую «святыню», причём, прямо у алтаря. В моих словах - это не осуждение конкретных людей, упаси бог, и не антисемейный манифест, а указание на то, что красивое выражение попросту ничего не объясняет и уже давно ничего не привносит в жизнь абсолютного большинства людей, которые, собственно, и должны будут, по Дугину, резко повышать рождаемость. Ну, ни о чём вот такие фразы: «… Святость брака. Это очень важно. Святость брака — это церковное, православное, кстати, понятие, совершенно не противоречащее исламскому представлению или иудейскому» Больше всего пугает главный рецепт Дугина по демографии – это «немедленное и массовое расселение городов». Это очень показательно. В нашем рентно-паразитарном социуме практически никто не хочет (и не может!) что-либо создавать и созидать – тем более на мировом, планетарном уровне, продвигая себя и мир вперёд. Вот и Александр Гельевич видит действие не в том, чтобы созидать великое и всемирно-историческое, не до этого, а в том, чтобы расселять созданное другими. Предпосылка и обоснование при этом предельно фантазийное и даже мошенническое: «Люди, у которых есть собственные дома, собственная земля, пусть даже небольшая, а еще лучше — большая, рожают несравнимо больше детей, чем в городах. Это просто железный закон» Как грибы выросшие после распада СССР малоэтажные т.н. коттеджные посёлки или собственные дома и земля в вымирающих деревнях и сёлах полностью опровергают эту сусальную сказку «философа Дугина». Те же коттеджные посёлки, которые я называю «многоэтажками-человейниками, положенными на бок» и для которых мне пришлось придумывать мем «коттеджное рабство», не дают к-либо демографического роста. Требуется цивилизационная инновация, которую я провожу и разрабатываю четверть века – новая ландшафтно-усадебная урбанизация, помноженная на цивилизацию развития, но их надо ещё создать, строить и произвести, здесь 100% проблемы, а не в дурацком расселении мегаполисов. И вот так всё у Александра Гельевича, к сожалению. Ведь печально, конечно же, крайне печально, что Дугин, выступая везде как философ, походя производит чудовищное смешение абсолютно разных сущностей – т.н. «искусственного интеллекта» и естественного интеллекта. «— Это большая философская проблема. Дело в том, что ИИ в том состоянии, в том качестве, в котором он есть сейчас, — это очень опасная вещь, поскольку искусственный интеллект может легко вытеснить естественный. Он по многим параметрам просто превосходит интеллектуальные возможности среднего человека. В каком-то смысле искусственный интеллект — это образец того, каким должен быть естественный интеллект…» Ужас, ужас, ужас! Насколько же надо ненавидеть и не понимать (от латинского intelligere) интеллект и мышление как таковое, чтобы воспринимать ИИ, являющийся машинной компиляцией чужих текстов, как интеллект! Отождествлять ИИ и человеческий разум и мышление! И это, конечно же, не просто ситуативная слепота философа, а фундаментальный диагноз, что Александр Гельевич никакой не философ, а, очевидно, политтехнолог на службе.