Это относится и к «Уроку»? [не просто создание образа, а проработка себя] Тут история сложнее. Покой и благополучие своего персонажа из «Урока» я вывел на первый план, сделав социальной маской, а весь кошмар, который у него родом из детства, я спрятал в развитии сезона. Этот проект для меня стал персональным и публичным откровением. Его можно назвать бунтом, прощением и принятием матери, моей финальной сепарацией. Но в этом нет трагедии, напротив, в моей реальности — это начало здорового общения с родителем. Я понял, что в этом образе запечатан мой детский, мощный протест и желание сказать матери в лицо все, что я думаю по поводу случайно оброненного слова. Даниил Воробьёв, интервью для Men today.