Человек русский, писатель — французский. Судьба Андрея Макина, что тот роман: сбежал из СССР, спал в склепе Пер-Лашез, но писал и обивал пороги издательств, притворяясь собственным переводчиком. Его четвертая книга Le testament français (Французское завещание) получила Гонкура и Медичи — единственный случай в мире. Это традиция серебряного века русской литературы и одновременно Пруст, как если бы он жил в Сибири и тосковал не по пирожным мадлен, а по свежеиспеченной в печи буханке. Две параллельные вселенные борются, наслаиваются в сознании маленького мальчика: утопающая в снегах сталинская Россия и роскошный Париж до Первой мировой — из рассказов французской бабушки Шарлотты, которая волею судеб осела в городке Саранза. Так романтично и нелепо, но по-своему честно о России можно писать только извне, издалека, не живя в стране. Язык удивителен (французский с красноярским акцентом), смыслы актуальны. Русский перевод есть, выходил в ‘Иностранке’ в 1996, но автору не понравился. Предлагаю читать в оригинале.