Даша, которая пишет

Читала сегодня Сашу Соколова. Как вдруг из книжки выскользнули билетики. Билетики на пригородную электричку. Забавно, думаю, уже вторая книжка про электричку — и тут на тебе, билетики. На электричку моей юности. Билетики, как и юность, немного выцвели — еле-еле уже видна надпись. Тимирязевская — Водники 30 июля 12:55 А не то ли самое 30 июля? То самое. Мы ехали на моей юной электричке с моей юной подругой — худые, пьяные. С собой только купальники и один на двоих Саша Соколов. Потом плавали в мутной, пахучей воде. Потом загорали. Потом приехал парень. Нет, не просто парень — тот самый парень. Стали мы с тем самым парнем ругаться, как и всегда ругались, так уж повелось. Я ему говорю: — Ты даже чипсы купить мне не можешь. Какой же ты тот самый? Вон говорю, в воде кувшинки. Любишь — принеси. И он прыгнул. Вот как был в одежде в реку прыгнул и поплыл. И принёс мне кувшинки — желтые, склизкие. И тогда я поняла, что он и вправду тот самый, хоть и не было у него денег на чипсы. Что же делать с теми билетиками, выкинуть или оставить? Сентиментально, глупо. Оставить и лет так через десять предъявить контроллеру какой-нибудь совершенно другой электрички. И он спросит: А был ли июль? Был. А кувшинки были? Были. А любовь? Была ли.