КУЛЬТУРНЫЕ ЛЮДИ

Вчерашние назначения. Знаю, многим интересно моё мнение. Сразу скажу: никаких комментариев мне вчера никто толком не дал. И ощущение, что вообще все, и внутри музеев тоже, получили эту информацию из СМИ и блогов. Тем интереснее. На самом деле больше всего меня беспокоит судьба Владимиро-Суздальского музея-заповедника. Это огромная институция, огромная. И то, что сделала там Екатерина Проничева – это прорыв. Да, было много потрясающих и мощных выставок столичного уровня, но более всего там расцвела научная работа. И вот этот для многих невидимый пласт важно сохранять и развивать дальше. Не забывайте, что музей стал очень громкой и влиятельной институцией, воздействующей на окружающий мир. А это и сохранение историко-культурного ландшафта, и проведение совместных фестивалей, и вообще изменение (я бы сказала, усиление) образа этой для России значимой территории. Итак, переход Ольги Галактионовой в Третьяковскую галерею – это, по-моему, очень закономерный ход. Русское искусство и филиалы – как работающие, так и те, которые еще предстоит построить и открыть (Владивосток), – это ровно то, что созвучно с тем, чем занималось (и занимается) РОСИЗО. Ну и амбиция О. Галактионовой – присутствовать во всей России – тут, кстати, тоже будет вполне удовлетворена. Это про очень большую зону влияния. Екатерина Проничева мне видится правильным выбором для ГМИИ. В ситуации этого странного двухлетия музею нужен не только сильный управленец, но и человек, скажем так, более мягкой сущности. Это как золотая середина для музея, но Екатерина совсем не мягкий руководитель в том смысле, что она, повторюсь, очень крепкий управленец с серьёзным опытом, умеющий сдвигать всё с мёртвой точки. При этом для сообщества (в том числе меценатов, тех, кто поддерживает музей) Екатерина – человек понятный, многим близкий, что важно для развития музея. Третьяковка и Пушкинский – как два разных типа музея. И теперь эти различия будут очевидными и закреплены руководителями. Это музеи, как теперь принято говорить, с разным Tone of Voice, и вчера, кажется, это наконец совпало с личностями их новых глав. А ГМИИ за эти два года сильно потерял своё собственное лицо. Эксперименты со сменой руководства не могли не сказаться на общем восприятии музея. Имея сильную историю, мощных руководителей, которые выстраивали этот музей, привносили новое, создавали очень яркий и монолитный образ, за два года музей потерял эту свою целостность. И сейчас, возможно, он снова нащупает себя. В это я верю прежде всего. С Третьяковкой же никаких радикальных изменений и не будет. Наблюдаем. Как всегда с надеждой на лучшее.