Парижский мальчик

«Свободный человек». В своей книге Габриэль Атталь рассказал личное об отце — юристе и кинопродюсере из тунисской еврейской семьи: «Он был из тех людей, которые настолько стремятся наслаждаться каждым мгновением жизни, что не задумываются о последствиях». Речь о двух зависимостях. Сначала от азартных игр: «Он мог проводить целые вечера за игрой в покер без остановки... я помню, как в 12-13 лет, спустя несколько лет после развода родителей, видел приходящих к нам домой здоровых псов (des molosses) от ростовщиков, которые давали моему отцу деньги на игры». Затем от наркотиков: «Мы с сестрами были слишком малы, чтобы распознать его странное, иногда иррациональное поведение, даже в нашем присутствии… И чтобы понять слова нашей матери, которая регулярно говорила, что ему нужно "уехать отдохнуть на некоторое время", тогда как на самом деле он проходил одну программу лечения зависимости за другой». Атталь поведал, что в «семье установилось своего рода молчаливое недосказанное напряжение» относительно его ориентации: «Мне пришлось дождаться, пока мой отец окажется на смертном одре, чтобы наконец осмелиться сказать правду. Мне было 26 лет. Я уже несколько месяцев состоял в отношениях со Стефаном». «Наконец-то ты мне об этом говоришь», ответил отец и выразил желание познакомиться. Однако, «после разговора он заснул и больше не проснулся до своей смерти на следующий день». Мать Атталя Мари де Курис происходит из одесской семьи белоэмигрантов; православная, крестила Габриэля в Соборе Александра Невского, что в 8 округе Парижа, и воспитывала в православной вере. Еще несколько лет назад про него писали: «иногда отмечает православную Пасху», но Атталь неверующий.