creative woman

Хочется, чтобы люди больше писали не только про книжки, но и про короткие тексты. Сейчас у любого текста задача номер один – найти читателей и boy oh boy как же это сложно. Недаром сборники рассказов в кулуарах называют братскими могилами текстов 🪦🌾🎩 Наверное, чтобы сборники правда читали, в них нужно звать авторок с пусть небольшой, но преданной аудиторией фанатов и (обязательно!) некоторым количеством хейтеров. Если уж я купила сборник, то обязательно прочитаю рассказы тех, кто мне не нравится 📙 Но текст, о котором я хочу написать, сам прекрасно справляется с задачей привлечения читателей. Потому что у него охуительное название «мужчины, которые били меня по лицу/мужчины, которых я бью по яйцам». Авторка Александра Саплина (наверное, это псевдоним, iconic, если нет). Я тут перечитывала «Кинг-Конг-Теорию» Виржини Депант и поминала добрым словом времена, когда существовало и активно развивалось международное движение «феминизм». Повезло же нам застать те изобильные годы. Текст Александры Саплиной – это феминизм в мире, где больше нет феминизма. Потому что правый поворот, бимбо-кор, традиционные ценности, трад вайф, скибиди тойлет сикс севен, а в первую очередь потому что его почти приравняли к экстремизму (ждем новый пакет законов, недолго осталось). Где нельзя снимать фильм «Трахни меня», писать и издавать «Кинг-Конг-Теорию», но все еще можно бить мужчин по яйцам. И это единственное, что нам остается.

В этом году я написала две крошки-флэша на английском и один рассказ на языке Пушкина нормального объема (чуть больше 3к слов). Уже в ноябре он выйдет сборнике «Дальше. Рассказы о городах и любимых местах». Это благотворительный сборник в поддержку фонда «Дальше», который помогает женщинам с раком груди. Идет предзаказ. Рассказ называется «Не-свидание», хотя я долго хотела назвать его: «Руководство по контакту с представителями внеземных цивилизаций». Но на самом деле в рассказе нет руководства, есть только жизненная история контакта с представителем внеземных цивилизаций в декорациях Казани 2008 года. Естественно, это автофикшн. Огромная благодарность Ане Безукладниковой, которая позвала меня в сборник и дала возможность писать текст полгода. Я мечтала писать рассказы на заказ, и Аня мою мечту исполнила. Без нее этот текст бы не появился. В нем я нащупываю новые способы письма (легальные) и говорю об уже описанном однажды опыте с другой точки зрения. Я уже предзаказала два экземпляра — для мамы и папы. Мой текст в сборнике «Поймать мать» они тоже прочитали, и сошлись во мнении, что мой рассказ самый лучший (естественно для родителей). В некотором смысле ужесточение цензуры в литературе наконец-то сделало мое творчество parents-friendly. Все еще не grandparents-friendly, но так у меня грентперентов, считай, почти и не осталось (черный юмор). В сборнике также есть тексты по-настоящему знаменитых писательниц Дарьи Благовой, Ольги Птицевой, Анны Шипиловой и других, поэтому книга рекомендована для покупки и чтения.

Сегодня вышел роман-сюита Нины Горской «Дурашка», я прочитала его еще две недели назад и получила от книги большое удовольствие. Во-первых, она пришла ко мне в нужное время. Я тоже молодая мать, которая не знает, как правильно, но делает что может. Я тоже переживаю смерть близкого человека, пока мир продолжает крутиться и бежать. Эта книга говорит со мной напрямую. Во-вторых, конечно, я много лет работаю с Ниной и люблю ее как человека. Я не думаю, что мы не можем быть объективны к текстам людей, которых любим. Но, конечно, авторский голос нам заранее известен и приятен, а автофикшн-текст накладывается на факты и истории, которые мы знаем из первых уст, и поэтому воспринимается полнее. В-третьих, мне близок такой способ автофикционального письма – не требующий от читателя степени по культурологии, не заставляющий гуглить каждое третье слово, не напирающий на цитаты великих. Этот текст не трудный. Но он и не простой (его жанр «роман-сюита» вообще-то!). Роман «Дурашка» написан с вниманием к повседневным деталям, с уместной самоиронией, с честностью, которая, кажется, приходит к женщинам после определенного возраста/пережитого жизненного опыта. Ты такая уставшая, что просто не можешь дальше притворяться не той, кто ты есть на самом деле. И поэтому вопрос, зачем читать такую книгу, у меня лично не возникает. Конечно, читать немедленно.

Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.

выбираем cuntiest злодейку из детства (кого забыли?)

Тот факт, что сборник Self-Help Лорри Мур вышел, когда ей было всего 26 лет. Вау и вау.

За что люблю западных капиталистов, так это за то, что они ни копеечки не упустят. После внезапного успеха «Руководства» Лусии Берлин, они быстренько поскребли по сусекам и издали оставшиеся рассказы в сборнике Evening in Paradise: More Stories и книгу Welcome Home: A Memoir with Selected Photographs and Letters. Ну а что, мертвый автор ведь ничего нового уже не напишет, поэтому надо добить объем письмами и фотографиями. Повезло еще, что писательнциа выглядела как кинозвеза.

Вспомнила, что бич современного нонфикшн-письма в интернете – это писать так, словно все в курсе основных вещей или пойдут их гуглить. Привожу биографию Лусии Берлин из Википедии: «Родилась в городе Джуно на Аляске, и провела детство в разъездах. Её отец был горным инженером. Семья жила в шахтерских лагерях в Айдахо, Монтане, Аризоне, в Эль-Пасо штат Техас, и в Республике Чили, где Люсия провела большую часть своей юности. Став взрослой, она жила в Нью-Мексико, Мексике, Нью-Йорке, Северной и Южной Калифорнии и Колорадо. В 1941 году отца призвали в армию, Люсия жила с матерью и сестрой у дедушки в Эль-Пасо. После войны семья на время переехала в Сантьяго-де-Чили. В возрасте десяти лет у Люсии развился сколиоз, из-за которого ей впоследствии пришлось носить корсет, а её дыхание стало очень затрудненным. С 1955 года училась в Университете Нью-Мексико. Одним из её учителей был испанский писатель Рамон Сендер. Браун позже вышла замуж в Альбукеркеи впоследствии родила двух сыновей. В 1961 году переехала в Мексику со своим третьим мужем Бадди Берлином; у них родилось ещё двоё сыновей. Из-за наркотической зависимости мужа этот брак также закончился разводом в 1968 году. Затем она некоторое время работала замещающим преподавателем в Университете Нью-Мексико, а затем много лет проживала в Беркли и Окленде, работая на низкооплачиваемых должностях телефонного оператора, медсестры в больнице, уборщицы, помощника врача и учителя, одна воспитывая четверых детей и пристрастившись к алкоголю в дополнение к имеющимся у неё проблемам со здоровьем. С 1991 по 1994 год Берлин досматривала больную раком сестру в Мехико. В 1994 году по рекомендации Эдварда Дорнаона начала преподавать творческое письмо в Университете Колорадо в Боулдере. Её преподавание было оценено по достоинству, и в 1996 году ей присвоили степень доцента. Однако расположение Боулдера в горах создавало проблемы с дыханием, поэтому в 2000 году она, будучи серьезно больной, оставила работу и переехала поближе к детям. При жизни имела небольшой круг преданных поклонников, однако не достигла массовой аудитории. Внезапно обрела популярность в 2015 году, через одиннадцать лет после своей смерти, с публикацией тома её избранных рассказов «Руководство для домработниц». Он попал в список бестселлеров The New York Times на второй неделе и в течение нескольких недель превзошел по продажам все её предыдущие книги вместе взятые.»

Википедия Лусии Берлин выглядит так, словно кто-то прочитал сборник рассказов «Руководство для домработниц» и пересказал по памяти. Берлин королева автобиографического письма, и жизненный опыт у нее, конечно, закачаешься. Если жить такую жизнь, то и придумывать ничего не надо, так все равно не придумаешь. Мне нравится у нее один прием, что называется, хозяйке на заметку. Большая часть ее текстов написана от первого лица. Но есть исключения. Когда героиня творит какую-то уж совсем дикую дичь, лицо меняется на третье. Так в одном рассказе беременная героиня летит в Мексику за наркотиками для мужа, отказывается заталкивать вещества внутрь себя и везет их просто в лифчике. Иногда первое лицо остается, но история рассказывается от лица другого персонажа, например, адвоката. Как в тексте, где героиня завела роман с одноклассником сына и попала в тюрячку. Было это на самом деле или нет, никто нам не расскажет, а догадаться невозможно, ведь написано не от первого лица! В общем, если сильно боитесь общественного осуждения, можно воспользоваться вот таким вот лайфхаком.

(poll without text)

Вот, кстати, вопрос. Много лет назад я купила детскую книгу Нила Геймана «Черничная девочка» и не знаю теперь, что с ней делать. Ни текст, ни иллюстрации, на мой вкус, не шедевральны. Плюс книги я вижу в эмпауэрмент-посыле и дайверсити – в наших магазинах не так много детских книг, где есть темнокожие девочки. Но зная про Нила Геймана то, что мне не хотелось бы знать, я уже не могу относиться к этой книге спокойно, она кажется мне криповой. И что делать?

В инстаграме я обмолвилась, что моя цель – сделать так, чтобы дочь не знала, что мужчины тоже могут писать книги 🐾 Это шутка с долей шутки, я правда хочу, чтобы большая часть книг в детской библиотеке была написана и проиллюстрирована женщинами и чтобы главными героинями были девочки. Это не значит, что у нас совсем не будет мужчин и мальчиков, просто они в меньшинстве. Напрашивается километровый дисклеймер, но писать его лень. Если дочь попросит купить какую-то книгу, гендер автора не станет причиной отказа с моей стороны. По-моему, абсолютно нормально иметь в центре внимания в женской семье женское творчество. За другие выборы никого не осуждаю. Я провела анализ части нашей библиотеки (только тонкие книжки) и вот как сейчас выглядит распределение. У меня текстоцентричный взгляд, поэтому пары писательница-художник попали в женскую стопку, а писатель-художница в мужскую.

TW роды, операция, физиология Не знаю, что за наваждение на меня напало год назад. Ни до беременности, ни во время, ни после родов я не думала о кесаревом сечении как о чем-то нежелательном, недостаточном, постыдном. Наоборот меня бесило такое отношение к процедуре, которая спасает жизни. Всю беременность я очень боялась родов. Боялась боли, осложнений, невозможности контролировать процесс. Боялась смерти. Но ближе к сроку я узнала о родах (как мне казалось) достаточно и мне захотелось попробовать. Роды я воспринимала как экзамен, который хочется сдать на отлично. На курсах беремяшек нам объяснили, как дышать, как звучать, что взять с собой в родзал, но ничего не рассказали про кесарево. Из 10 человек в группе кс было у итоге у половины (сдали автоматом, получается). Когда мы обсуждали план с докторкой, она пообещала мне, что мы попробуем дождаться естественных родов. Я чувствовала себя хорошо, у дочери все показатели были хорошие, я считала, что вполне могу походить еще неделю или две. Но когда я приехала планово ложиться в роддом, докторка не захотела обсуждать ни ожидание хотя бы до конца недели, ни стимуляцию, только кс. В ночь перед операцией я не могла спать из-за тревоги и грусти. Я чувствовала, что меня обманули, лишили желаемого без объяснения причин. Когда на операционном столе я почувствовала, что внутрь меня влезли чужие руки и возятся там, словно ищут ключи на дне сумки-мешка, в глазах у меня помутнело и я сказала: «Ой, что-то мне плоховато», а анастезиолог ответил: «Это роды, тужься». Я подумала: «Тоже мне, роды, дура я что ли тужиться». Тужиться это когда прыгаешь на фитболе, принимаешь теплый душ, просишь прикладывать к пояснице солевые грелки, специально заказанные на авито и дуешь в стакан с водой через трубочку. А тут я просто лежу не чувствуя ног, и доверяюсь людям, которые делают такие операции каждый день. Эти люди сделали все на отлично. Слава богу, никто не спрашивал меня «а че не сама», а у педиатров пока не было причин говорить противное слово «кесаренок». Спустя несколько месяцев я попустилась. А окончательную свободу от сожаления я почувствовала после последней серии второго сезона The Pitt, в которой показали экстренные роды при эклампсии. Риск преэклампсии мне поставили еще в первом триместре, а на кс отправили уже с поставленной преэклампсией из-за крошечного содержания белка в моче (поэтому мне не удалось сдвинуть роды даже на день). Конечно, я читала в интернете об опасностях преэклампсии (и, кстати, в «Отслойке» Алтынай Султан), но также я читала на форуме Вуман.ру сообщения женщин, которым дали родить естественно даже с высоким давлением, и все у них прошло благополучно. Роды в сериале сильно отличались от моих, спокойных, ритмичных, соответствующих нормам. Глядя на пипец, происходящий на экране, я наконец-то поняла, зачем мне сделали кс. Действительно ничто в мире не стоило риска быть разрезанной вдоль. Жалко только, что мне этого заранее не объяснили. Ну а то, что кесарево – это тоже роды, замечательно показано в тексте Ханан Харитоновой «Не сама». Конечно, сама, все мы зашли за границу существования и вышли оттуда с новой жизнью, просто разными способами. И ни один из способов не лучше, чем другой.

Ну хоть какие-то хорошие новости. Энн Карсон стала первой Нобелевской лауреаткой упомянутой в the l word [citation needed]

Важно не забывать главное правильно материнства. Как бы тяжело и плохо ни было, всегда есть шанс, что завтра ты проснешься с больным горлом и все сразу станет в миллион раз тяжелее и хуже 🤔

Эта книга долго лежала у меня в корзине, после поста Оли Григорьевой я ее наконец купила. Дочь как раз начала приносить мне книги, чтобы я их ей читала (это заставляет мое сердце петь), эту тоже таскает. Книга мне нравится, приятная, красивая, малыш в конце спит в такой же смешной позе, что и доченька. Книга не входит в мой секретный список «книг без пап», но это не минус, просто факт.

Telegram doesn't show this post on the web. Open it in Telegram to see it.

+1

Сегодня стартует курс Светы Лукьяновой «Сильный рассказ». На нем мы читаем, разбираем и пишем рассказы, способные изменить чью-то жизнь. Записывайтесь, если хотите с нами. А какие рассказы изменили вашу жизнь?

Не всегда, когда я рассказываю о том, что что-то читала, я рекомендую прочитанное. Но вот эти книги – ДА