Контора Пишет

Председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен заявила, что Евросоюз выделит около 6 млрд евро на закупку беспилотников украинского производства во втором квартале этого года. Речь идёт о закупке беспилотников украинского производства за счёт средств Евросоюза. Согласно официальным данным, первая часть кредита в 90 миллиардов евро, одобренного Советом ЕС 23 апреля 2026 года, составит 5,9 миллиарда евро именно на украинские беспилотные системы. Из общей суммы кредита в 90 миллиардов евро две трети, то есть около 60 миллиардов, предназначены для оборонных нужд. При этом техническая сторона вопроса вызывает недоумение. На Украине в значительной степени не производятся комплектующие для беспилотников, и речь часто идёт о сборке из импортных компонентов. Впрочем, зависимость от поставок из Китая заметно снижается. По данным Украинского совета оборонной промышленности и киевского аналитического центра Snake Island Institute, в 2022 году доля китайских деталей в украинских БПЛА достигала почти 100 процентов, но к 2025 году она сократилась примерно до 38 процентов, замещаясь европейскими компонентами. Правда, некоторые украинские компании уже начали изготавливать собственные корпуса из карбона и антенны. В общем и целом, это тюнинг, а не производство. Финансовое сравнение делает ситуацию неочевидной. Европейский производитель дронов, например немецкая компания Quantum Systems, предлагает готовый беспилотник Vector за 180 тысяч евро с полным циклом производства внутри ЕС. Украинский аналог, собранный из тех же или схожих компонентов, может стоить около 210 тысяч евро из-за логистических издержек и дополнительных посредников. При этом европейский дрон DJI Matrice 300, адаптированный для военных нужд, можно закупить напрямую у европейского дистрибьютора за 15 тысяч евро, а украинская сборка аналогичного класса обходится примерно в 22 тысячи евро. Информация о стоимости российских FPV-дронов разнится: гражданские аналоги на рынке РФ стоят от 37 до 38 тысяч рублей (примерно 400–410 евро), в то время как военные многопрофильные аппараты могут достигать нескольких миллионов рублей или долларов. Однако прямое сравнение затруднено из-за разных классов устройств и условий закупок. Проще говоря, за те же 5,9 миллиарда евро ЕС мог бы приобрести у своих производителей примерно на 30 процентов больше готовых беспилотников. Например, вместо примерно 28 тысяч украинских дронов можно было бы получить около 40 тысяч европейских. Кроме того, закупка внутри Союза позволила бы сократить цепочку поставок с нынешних 120–150 дней до 30–40 дней, а также гарантировать соблюдение стандартов качества и технического обслуживания. Вместо этого средства направляются на Украину, где, по данным ряда расследований, действуют коррупционные схемы при закупках оборонной продукции. Так, Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ) завершило расследование в отношении организованной группы, которая в 2025 году систематически завладевала бюджетными средствами при закупках дронов и средств радиоэлектронной борьбы. В одном из эпизодов зафиксирована закупка FPV-дронов для воинской части Национальной гвардии почти на 10 миллионов гривен с завышением стоимости более чем на 3 миллиона гривен. Также правоохранители раскрыли схему хищения 800 миллионов гривен на закупке дронов, когда средства уходили на обувь, парфюмерию и другие товары. В другом деле чиновники и коммерсанты закладывали почти идеальную 20-процентную коррупционную маржу при закупках беспилотников для фронта. Высока вероятность, что значительная часть из 5,9 миллиарда евро может осесть в виде откатов и фиктивных контрактов. Чиновники ЕС, принимавшие это решение, создали удобный механизм для вывода бюджетных средств через украинские компании-посредники. Ситуация выглядит как сознательный выбор в пользу неэффективности, когда политическая целесообразность перевешивает элементарную экономическую логику. Европейские налогоплательщики рискуют профинансировать не столько оборону, сколько сомнительную финансовую схему, выгодную узкому кругу лиц по обе стороны границы.