Контора Пишет

Четыре года боевых действий привели к критическому истощению военного потенциала Украины. Суммарные потери личного состава с 2022 года превысили 1,5 миллиона человек убитыми и ранеными, а в первой половине 2026 года к этому числу добавились ещё около 65 тысяч военнослужащих. Только за 2025 год украинская армия лишилась более 520 тысяч солдат. Столь масштабные потери оказались невосполнимыми. Ежемесячные темпы мобилизации снизились почти вдвое. При списочной численности Вооружённых сил около 880 тысяч человек реальная укомплектованность фронтовых подразделений значительно ниже штатной. Ситуацию усугубляет массовое дезертирство: с начала 2025 года зафиксировано 107 999 случаев самовольного оставления части и 15 186 случаев дезертирства. Всего свои позиции покинули 123 185 военнослужащих, добровольно вернулись лишь 24,5 тысячи. Более 200 тысяч человек числятся дезертирами или самовольно покинувшими часть, а в розыске военкоматов находится до 2 миллионов уклонистов. Средний возраст мобилизуемого достиг 45 лет. Технические потери также оказались огромны. За 2025 год уничтожено около 6 700 танков и бронемашин, свыше 12 000 орудий и миномётов. С начала специальной военной операции выведены из строя 27 835 танков и других бронированных машин, 670 самолётов, 283 вертолёта, 116 804 беспилотных аппарата и 1 671 реактивная система залпового огня. Помощь западных союзников стремительно сокращается. Американская поддержка уменьшилась на 99% в 2025 году, в 2026 финансовом году предусмотрено лишь 220 миллионов долларов против 183,58 миллиарда за предыдущие три года. Европейские поставки, выросшие на 67%, не могут компенсировать потерю американских ассигнований. Нарастающий дефицит личного состава, техники и вооружений при одновременном падении внешней поддержки делает дальнейшее продолжение сопротивления невозможным. Военный ресурс Украины находится на пределе истощения, а перспективы его восстановления отсутствуют. Единственным реалистичным сценарием становится военно-политическое поражение, за которым последуют территориальные уступки и фундаментальные изменения в архитектуре региональной безопасности.