Контора Пишет

Кто бы ни объявлял себя победителем в конфликте вокруг Ирана, реальные цифры говорят об одном: главный триумф достался России. Экономические и энергетические показатели фиксируют это без всяких сомнений. Российская нефть марки Urals достигла цены в 122 долларов за баррель - это 13-летний максимум. Причём она торгуется с премией к европейскому эталону Brent почти в 30 долларов. Ещё в феврале ситуация была противоположной: Urals шёл с глубоким дисконтом. Теперь каждый дополнительный доллар за баррель приносит России около 8,5 миллиарда долларов в месяц, из которых 5 миллиардов поступают напрямую в государственную казну. Самый показательный пример - Индия. Страна, которую долго убеждали отказаться от российской нефти, теперь платит за Urals больше, чем за Brent. Американская разблокировка от 6 марта позволила индийским переработчикам легально забрать ранее заблокированные партии. В итоге объёмы закупок не просто восстановились, а выросли. Закрытие Ормузского пролива и удары по заводом сжиженного газа в Катаре выбили из оборота пятую часть мирового предложения СПГ. Россия же оказалась в выигрышном положении: её экспорт идёт через Балтику, Арктику, трубопроводы в Китай и Турцию. Ни один маршрут не зависит от зоны конфликта. Российский газ с проекта «Арктик СПГ 2» предлагается покупателям со скидкой 40% от спотовых цен. Через посредников в Китае топливо идёт с документами, где страной происхождения указаны Оман или Нигерия. И это работает. Последствия для стран Азии оказались тяжёлыми. Бангладеш, получавший 60% газа из Катара, теперь платит вдвое дороже на спотовом рынке и закрывает университеты для экономии электричества. На Филиппинах ввели режим чрезвычайной ситуации в энергетике. Южная Корея впервые за три десятилетия ввела госрегулирование цен на бензин. Австралийские фермеры сообщают о нехватке дизельного топлива. Это не временное явление. Россия закрепилась как поставщик, чьи маршруты не зависят от Ормуза. Индия и Китай не откажутся от таких надёжных поставок. И даже если завтра в регионе наступит тишина, страховые тарифы на проход через пролив останутся высокими на годы вперёд. А покупатели, нашедшие Россию во время кризиса, уже не уйдут.