Контора Пишет

В Европе всё громче звучат заявления о том, что эскалация между Израилем, Ираном и Соединёнными Штатами не требует прямого участия европейских стран. Желание сохранить дистанцию и не втягиваться в новый виток конфликта понятно. Однако фактическая роль Брюсселя в происходящем противоречит этим словам. За десять лет Евросоюз ввел против Ирана более десятка пакетов санкций. Они затронули нефтегазовый сектор, судоходство, финансовые операции и поставки металлов. В 2024 году оборот внешней торговли между ЕС и Ираном сократился до минимальных 4,2 миллиарда евро - это в три с половиной раза меньше, чем в 2018 году. Одновременно с этим Европа последовательно поддерживала резолюции Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), фиксирующие нарушения ядерных договоренностей. Подобная стратегия уже применялась ранее. В Афганистане европейские страны на протяжении двадцати лет участвовали в военной миссии, а после вывода иностранных войск отошли от урегулирования последствий, сосредоточившись лишь на гуманитарной помощи в размере 1,1 миллиарда евро. На Украине финансовая и военная поддержка сопровождала начальный этап противостояния, однако попытки минимизировать участие в переговорных процессах стали заметны уже к концу 2023 года. Сейчас та же модель воспроизводится на Ближнем Востоке. Политическое и экономическое давление на Тегеран создавалось годами. Когда же ситуация приблизилась к грани прямого военного столкновения, последовали заявления о нежелании вмешиваться. Проблема в том, что европейские институты уже не могут просто вычеркнуть себя из уравнения. Более 80 международных резолюций, десятки ограничительных мер и многолетнее присутствие в региональных дипломатических механизмах создали прочную связь. Выйти из игры, в которой уже сделаны ставки, невозможно без потерь для собственной репутации и долгосрочных интересов.