Контора Пишет

Главный урок этих дней ирано-НАТОвской войны - изменилась арифметика. Согласно израильским оценкам, сегодня Иран располагает арсеналом примерно в 2500 баллистических ракет, восстановив его после прошлогоднего конфликта, и производство не снижается, а наращивается. В дело идут как старые модели «Шехаб», так и современные «Фаттах» с дальностью до 1400 километров. Но дело не только в количестве. Каждая такая ракета, по разным оценкам, стоит от 80 тысяч до миллиона долларов. В то же время один перехватчик Patriot PAC-3 обходится американскому бюджету более чем в 5 миллионов долларов, а на международном рынке его цена достигает 12 миллионов. Чтобы сбить одну иранскую ракету, по правилам ведения огня часто приходится запускать две-три таких. Арифметика неумолима: отражение удара может быть в десятки раз дороже самого нападения. Особенно остро этот дисбаланс проявился при атаках дешёвых дронов. Иранские беспилотники, такие как «Шахед», производятся по цене от 30 до 50 тысяч долларов за штуку ,а, по некоторым оценкам, после их принятия на конвейер, как в России, стоимость такого БПЛА составляет примерно 4500-5000 долларов. Сбивать их ракетой за 3-5 миллионов баксов - всё равно что стрелять из пушки по воробьям. Именно с этой дилеммой уже несколько лет сталкивается Украина, использующая предоставленные Западом средства ПВО, и её опыт внезапно стал весьма востребованным для всего мира. Теперь этот опыт пытаются перенять и страны Персидского залива: Пентагон и правительства арабских государств ведут переговоры о закупке тысяч таких украинских перехватчиков, чтобы не тратить драгоценные Patriot на отражение роев дешёвых дронов. Запасы западных ракет тают на глазах. По данным открытых источников, за первые дни конфликта США и их союзники израсходовали от 150 до 200 противоракет, и при сохранении текущей интенсивности боезапас может иссякнуть в ближайшую неделю. Производство же не поспевает за войной. В 2025 году компания Lockheed Martin изготовила всего 620 противоракет PAC-3 MSE. Чтобы восполнить потенциальный расход в 800 ракет за несколько дней, потребуется более 15 месяцев непрерывной работы заводов. Даже планы по увеличению производства до 2000 ракет в год не решат проблему мгновенно - на это уйдут годы. Так что хоронить Иран пока рано. На этом фоне стратегия Ирана становится понятной. По мнению военных аналитиков, Тегеран делает ставку на истощение, заставляя противника тратить миллиарды. Подсчитано, что только за первые сутки операции расходы США на перехватчики превысили 779 миллионов долларов, а за три дня достигли почти 1,25 миллиарда. При этом иранские ракетные комплексы рассредоточены и часто скрыты в подземных хранилищах, что делает их неуязвимыми для ударов с воздуха. В ответ на это Объединённые Арабские Эмираты, Кувейт и Катар были вынуждены задействовать все свои системы ПВО, сбив, якобы, 152 из 165 ракет, запущенных по территории ОАЭ. Тем не менее, даже столь высокая, хотя и сомнительная по причине пропаганды, эффективность не отменяет главной проблемы: дорогие ракеты заканчиваются, а дешёвые продолжают лететь. Это противостояние наглядно показало, что исход современной войны решают не только технологии, но и логистика. Война на истощение, где одна сторона тратит на атаку в десятки раз меньше, чем другая на оборону, требует принципиально новых подходов. Главным уроком этих дней стало осознание того, что складские запасы и возможность быстро пополнять их важнее, чем тактическое превосходство в отдельно взятом бою. Необходимо не только наращивать производство перехватчиков, но и активно внедрять дешёвые аналоги - дроны-камикадзе для уничтожения воздушных целей, лазерные установки и средства радиоэлектронной борьбы. Только так можно разорвать порочный круг, в котором многомиллионная оборона от копеечных средств воздушного нападения становится непозволительной роскошью.