Мех и кожа: экспорт вырос на 59%, импорт — на 20% Экспорт кожи и меха из России за январь—июль 2026 года вырос на 59,1%, импорт — на 20,1%. За этими цифрами — парадокс: страна продаёт дорогое сырьё, но вынуждена покупать готовую продукцию. Почему экспорт растёт: 📌 Мировой спрос на соболя. Мода на натуральный мех возвращается. В марте 2026 года шкурка промыслового соболя стоила около $340 — в 2,5 раза дороже, чем год назад. К сентябрю — $240. 📌 Незаменимость. Россия — крупный поставщик дикого соболя, куницы, лисицы и белки. Альтернатив мало, поэтому даже ЕС отменил запрет на ввоз российского соболя. Почему импорт тоже растёт: 🔹 Дефицит выделки. В России не хватает мощностей для качественной выделки, окраски и пошива. Компании закупают готовое сырьё и изделия в Китае и Турции. 🔹 Падение клеточного звероводства. Производство норки и песца сократилось: в июле 2026 — 80 тыс. шкурок против 200–290 тыс. в среднем ранее. 🔹 Внутреннее производство кожи выросло лишь на 4%. Что это значит для рынка: ✅ Для экспортёров — хорошая конъюнктура на сырьё, но зависимость от одного вида (соболь). ✅ Для производителей одежды — нехватка локальной переработки, рост издержек, ориентация на импорт. ✅ Для потребителей — дорогие меховые изделия уходят в нишу, растёт ресейл и спрос на искусственный мех. Ирония: Россия продаёт соболя за границу, а потом покупает готовые изделия из кожи и меха в Китае и Турции. Сырьё уходит, готовая продукция возвращается. Это не столько про моду, сколько про структурный перекос: переработка внутри страны остаётся слабым звеном. Вывод: рост экспорта — хорошая новость, но он подчёркивает проблему. Пока в России не хватает мощностей для выделки и пошива, страна будет оставаться поставщиком сырья и покупателем готовых изделий. И это ограничивает добавленную стоимость, которую могла бы получать отечественная лёгкая промышленность. Подписаться: 👉 МАКС | Telegram | Дзен