Ольга Ускова | Cognitive Life

(Окончание. Начало выше) "Кедр" рос и крепчал. У сети появились посредники, внутренние конфликты, тайный бюджет и руководитель, которого никто не видел. Последнее особенно понравилось Марку: он давно подозревал существование такого человека. Степан придумал руководителю больное колено и дочь, учившуюся на стоматолога. За вербовку вымышленных информаторов платили настоящие деньги. Один требовал оплатить операцию матери. Другой боялся за семью. Третий был жаден и несколько раз повышал цену. Степан снял квартиру получше, рассчитался с долгами, и купил Асе мощный ноутбук. Она вытащила его из коробки и сначала ничего не сказала. - Не тот? - испугался он. - Тот. - А что тогда? Дочка обняла его, не выпуская из руки прозрачную упаковочную плёнку. Плёнка хрустела у него за спиной. Ради этого звука, подумал Степан, можно было ещё немного побыть плохим человеком. Через несколько недель Марк сообщил, что часть сведений подтвердилась по независимым каналам. У Степана похолодели ладони. Потом с тем же известием пришёл Тарик. Где-то далеко от его кухни люди обменивались справками, проверяли источники, накладывали допуски. В какой-то точке две копии одной лжи встретились, пожали друг другу руки и сделались доказательством. Степан решил, что раз их совместное творчество с GPT перекрестно подтверждалось обоими клиентами - то это уже не совсем голимое вранье, а фантазии с подтверждением. И он слегка успокоился. Проблемы начались с требования показать хоть одного живого человека. Марк выражался осторожнее. Ему требовалось "уточнить уровень источника". Тарику понадобилось "подтверждение адекватности канала информации". Но смысл был один: сеть, которая столько стоила, должна была наконец выйти из текста и обрести плоть и кровь. Степан выбрал механика. Не Юсуфа, говорил он себе. Просто механика, который немного похож на Юсуфа. У персонажа не было фамилии. Он ничего не знал о содержимом передаваемых пакетов. Работал за мелкие деньги. В любой истории требуется кто-то такой. Однако история получалась слабой. Тогда Степан добавил привычку прятать печенье среди инструментов, очки на шнурке и маленький шрам на пальце. Модель встроила подробности в донесение. Человек сразу сделался объёмным, достоверным и чрезвычайно удобным для опознания. Степан попросил ИИ сделать текст убедительнее и вместо неосведомлённого посредника в документе начал действовать опытный связной. Он контролировал передачу особо важного оборудования. Бытовые привычки служили прикрытием. Степан перечитал абзац несколько раз. У него уже хватало денег на год спокойной жизни. Он мог закрыть ноутбук, отказаться от обоих контрактов, признаться хотя бы себе. Но за сведения о связном полагалась отдельная премия, а за сведения о случайном механике - дополнительные вопросы. Он отправил документ по двум адресам. Через одиннадцать дней Юсуфа нашли мёртвым в машине. Его жена позвонила в клуб, потому что не знала, кому ещё звонить. Трубку взял Степан. Она несколько раз повторила одну и ту же фразу на иврите. Он не понял слов, но уже знал, что случилось. Вечером Марк сообщил, что один из узлов сети перестал функционировать. - Какой узел? - Пока не по телефону. - Его звали Юсуф. Марк помолчал. - Степан, вам нужно научиться держать дистанцию. После разговора Степан долго стоял у холодильника. На дверце была магнитная клипса. К ней Юсуф однажды прицепил записку: "Не забудь лампу, великий пилот". А через три дня загорелся склад, который он указал в одном из донесений. Адрес взял из старого объявления: помещение выглядело заброшенным. Оказалось, его давно арендовала маленькая фирма. Погибли охранник и водитель, задержавшийся после разгрузки. Степан прочитал их имена несколько раз. Они ничего ему не говорили. Это было особенно страшно: он даже не мог вспомнить, какую именно фразу написал про этих людей, потому что ничего про них не писал. Виртуальный мир начал проявляться в реальном. Из-за искусственного вранья потекла настоящая кровь. В субботу у Марка был назначен полёт. Степан приехал раньше, сел в раздевалке и минут двадцать смотрел на свои руки. Они слегка дрожали. Он отменил бы занятие с любым другим учеником. С Марком не отменил. В воздухе американец быстро заметил, что инструктор молчит. — Что-то случилось? Под ними лежала Хайфа. Отсюда дома казались аккуратными и почти одинаковыми. - "Кедра" нет, не существует, - сказал Степан. - Что значит - нет? - Я его придумал. Марк повернул голову. Степан смотрел вперёд. - Источники? - Тоже. - Руководитель? - Всё придумал. Я. И программа ИИ. В гарнитуре было слышно дыхание Марка: - Но наши сведения прошли независимую проверку... Тогда Степан рассказал и про второго заказчика. - Я отправлял разные версии вам обоим. Не знал, где они встретятся. Потом вы оба стали говорить, что всё подтверждается. - Это невозможно. - Я тоже на это надеялся. Марк потянулся к управлению слишком резко. - Не трогай, - сказал Степан. Американец убрал руку. Некоторое время они летели молча. У Степана перестали дрожать пальцы. В этой кабине ещё действовали правила, которые он понимал: если он ошибётся, упадут оба. - Кто убил Юсуфа? - спросил он. - Кто конкретно, я не знаю. Центр принял решение об опасности и нестабильности такого агента. Вы - наш человек в Хайфе. Нам вас одного было достаточно. Ответ прозвучал без обычной уверенности. Степан ждал угрозы, оправданий, слов о государственных интересах. К этой простой фразе он оказался не готов. Он был их человеком в Хайфе... Единственным во всей цепочке, кто мог потрогать Юсуфа за плечо, увидеть его живым, попросить перестать ругаться при ребёнке. - Сейчас мы вернёмся, - сказал Марк. - И спокойно разберём ситуацию. - Я вернусь. - Степан! - Ты тоже. Все вернутся, кто ещё может. И куда может... Потом Степан выключил двигатели и начал исполнять упражнение "сухой лист" - отработка аварийной ситуации с клиентом по его просьбе. Так это потом значилось в полетном задании и при расследовании несчастного случая, происшедшего с американским клиентом. Вертолет вошел в штопор при выключенном двигателе, а порыв ветра бросил его на пальму на краю площадки прямо со стороны ученика. От удара американский спортсмен-любитель скончался на месте. Инструктор Степан отделался сильными ушибами и дисквалификацией... После этого прискорбного случая Степан с Асей уехали на длительный ретрит-восстановление куда-то в Горный Алтай. И следы их затерялись. Но говорят, что на Алтае недавно были открыты и новенький вертолетный клуб и школа нейронного программирования для подростков.