Мария из random noir stills справедливо пнула меня, напомнив, что можно ещё поучаствовать в её традиционном #noirvember. С удовольствием запрыгиваю в один из последних вагонов месяца. — РАССЧИТАЕМСЯ ПОСЛЕ СМЕРТИ (DEAD RECKONING), 1947 реж. Джон Кромуэлл — «Рассчитаемся после смерти» Кромуэлла – тот случай, когда фильм, сотканный из классических нуарных клише, всё равно смотрится увлекательно даже сегодня. Один друг исчезает при странных обстоятельствах, другой – в исполнении Хамфри Богарта – берётся за его поиски и быстро натыкается на роковую красотку в лице Лизабет Скотт. Между ней и другом Богарта явно что-то было, и Скотт, как и положено женщине-загадке, умеет и зрителя, и самого Богарта водить за нос. Но при этом его герой никогда полностью ей не доверяет, держит в уме, что она нет так проста, как это может показаться. — Интересно сравнить фильм с «Чёрной полосой» (Dark Passage, 1947) и, конечно, с «Глубоким сном» (The Big Sleep, 1946). В обоих Богарт играет людей, вынужденных шаг за шагом выбираться из клубка повсеместной лжи и собственных заблуждений, но если в «Глубоком сне» он – почти мифический детектив, то в «Dead Reckoning» он заметно уязвимее и эмоциональнее. «Чёрная полоса», в свою очередь, ближе по духу: те же двойные мотивы, те же женщины, чьи улыбки опаснее оружия. Но в «Рассчитаемся после смерти» есть ощущение более плотного, скрытного сюжета, где каждый жест и взгляд дополняют картину мира, того самого, что с бесконечными подставами и недосказанностями. — И всё же на первом месте – неизменная харизма Хамфри Богарта, благодаря которой фильм работает во все времена. Лизабет Скотт – антагонистка в лучшем нуарном понимании: она настолько обаятельна, что зрителю не хочется верить в её вину. И, что особенно приятно, в фильме почти нет характерной для 40-х наивности – он снят с такой уверенностью, что удивляешься тому, что перед тобой картина 1947 года. Это один из тех нуаров, которые мягко стелют, но по-настоящему больно падать ближе к финалу. — #фильм #нуар #триллер