Дежурный по СНГ

Рахмон разменял политзаключенных на закрытие дела в ООН Эмомали Рахмон подписал закон об амнистии для 18 тысяч человек, приуроченный к 35-летию независимости Таджикистана. В списки попало несколько журналистов и блогеров с длительными сроками. Приговоры им не отменены, но отпустили. 📍На первый взгляд, это акт гуманизма, но на самом деле все сложнее. Эти политзаключенные у Рахмона работают как разменная монета. Их посадили при одних обстоятельствах, а выпускают при других, так как сменились и партнеры, и политическая конъюнктура. Приговоры не отменены, судебные решения не пересмотрены, ответственность не признана. Просто сроки сокращены настолько, чтобы закрыть досье и успокоить международных наблюдателей. ❗️В ответ на амнистию Совет ООН по правам человека свернул рассмотрение жалобы на Таджикистан и закрыл досье в отношении самого Рахмона. 📍Речь идет о людях, осужденных после событий в Горном Бадахшане весной 2022 года. Тогда силовики провели операцию против местного населения. Около 40 человек были убиты, сотни задержаны, на закрытых процессах вынесено более двухсот приговоров. Среди осужденных журналисты, адвокаты и правозащитники памирского происхождения. Памирцы - отдельный этнос со своим языком и вероисповеданием (исмаилиты-низариты). Их духовный глава Ага-хан имеет британское подданство и живет в Европе, а его сеть фондов десятилетиями содержала на Памире школы, больницы и университеты. 🔻Рахмона эта ситуация сильно нервировала. Он ожидал вспышки сепаратизма на западные деньги. После душанбинского саммита ШОС, заручившись поддержкой Москвы и Пекина, таджикское руководство решилось ликвидировать памирское самоуправление вместе с неформальными авторитетами. Так вот теперь тех же людей, что попали тогда в тюрьму, Рахмон решил использовать еще раз. Но амнистия - это не гуманизация, а размен. Люди, которых правозащитники называют политзаключенными, оказались инструментом в руках человека, готового торговать даже судьбами, чтобы сохранить власть и передать ее по наследству. 🔻Рахмон правит с 1992 года, осенью ему исполняется 74. Наследник Рустам возглавляет одновременно мэрию Душанбе и верхнюю палату парламента. Ему всего 38 лет, но возрастной ценз для кандидатов в президенты под него уже опустили. Транзит власти требует спокойствия. Открытое дело в Совете ООН означало бы публичные слушания и разговор о персональной ответственности силовиков, именно в тот момент, когда внешним партнерам придется признавать наследование. Сокращение сроков политзаключенных сняло эту тему с повестки. Отчет о выполнении обещаний придет уже после закрытия процедуры и останется закрытым. Опора на Кремль и Пекин показалась Рахмону недостаточно надежной, и он отправился договариваться к тем, кого еще вчера официально считал спонсорами памирского сепаратизма. #ЭкспертизаЦА