Что послушать | Глубже, чем музыка

#НаучПоп | Почему даже ларёчная попса 80-х звучит как космос Принято считать, что секрет звука восьмидесятых в огромной реверберации, драм-машинах LinnDrum и начёсах. Я тоже так думал, пока не прочитал статью Дмитрия Терентьева, артиста оркестра. Он разобрал хиты эпохи и нашёл у нью-вейва, хард-рока и диско общий приём: басовый органный пункт. Звучит занудно, но работает так. В куплете бас берёт одну ноту, тонику, и держит её весь квадрат. Он стоит на месте, а гитары и синты над ним меняют аккорды: уходят вниз, блуждают, создают напряжение. Бас не даёт им разойтись, и ты чувствуешь, как сжимается пружина. Включи «Eye Of The Tiger» или куплет «Livin' On A Prayer». Ты ждёшь, когда это напряжение отпустит. В припеве бас наконец начинает двигаться вместе с гармонией, и накопленное разряжается. Мы называем такое дропом, хотя до EDM было ещё далеко. Второй приём называют «полисовским аккордом». В 1979 году Энди Саммерс из The Police растопырил пальцы на грифе так, что вместо обычного трезвучия получилась смесь кварт, квинт и больших секунд («Walking On The Moon»). Он пропустил её через педаль chorus, звук расслоился, и аккорд повис в воздухе. Это не мажор и не минор, а невесомость. Приём быстро растащили. Он есть у Тины Тёрнер, у Принса в «Purple Rain», у Фила Коллинза и у многих прог-рокеров. Все они поняли одно: чтобы трек казался огромным, не нужно заливать его эффектами. Достаточно оставить гармонию без очевидного разрешения, и слушатель зависает вместе с ней. Что с этим делать сейчас? Не заставляй бас бегать за каждым корнем аккорда в своей демке. Попробуй заморозить низ и пусть хаос творится наверху. Дай слушателю потерпеть куплет, чтобы припев стал облегчением, а не просто громким куском трека. И уйди от голых мажора и минора. В музыке, как и в жизни, сильнее всего действует то, что остаётся неразрешённым. Разобрался в частотах: Даниил Пономарев Рубрика выходит при поддержке «СаундКарты» — студии, где знают, как заставить науку звучать.