Что делать?

Канал «Сибиряк» специально для канала «Что делать?» Почему артачится Зеленский? Завтра в Абу-Даби стартует или, во всяком случае, должен стартовать второй раунд переговоров по «мирному украинскому урегулированию». Как и полторы недели назад, в коммуникациях участвуют делегации от РФ, США и Украины. То есть, получается, что, в основном, договариваются Москва и Вашингтон между собой, а Киев пытаются поставить перед фактом. Ключевое слово – «пытаются», поскольку администрация «просроченного» президента Украины Владимира Зеленского чувствует за собой мощнейшую поддержку от объединенной Европы и, конкретно, от Урсулы фон дер Ляйен, председателя Еврокомиссии. Если судить по скупым репликам от пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова, то «мирное украинское урегулирование» выглядит успешным, в промежуточном варианте. По некоторым вопросам «легче находить точки соприкосновения», а сам факт положительного результативного завершения «приблизилось по ряду пунктов». Можно попробовать догадаться, что речь идет о правах русскоязычного меньшинства, статусе русского языка, канонической украинской православной церкви и, возможно, государственный запрет на нацистскую символику в официальных политических партиях. То есть, та самая «денацификация», которую президент РФ Владимир Путин обозначил в качестве одной из целей специальной военной операции. Здесь надо четко понимать, что любые согласованные пункты – это, скорее всего, результат взаимных уступок. Известный латинский принцип в действии – quid pro quo – одно за другое. Если где-то Киев соглашается на некие не совсем приятные для себя действия, значит, Москва готова уступить в чем-то ином. Например, потратить часть замороженных российских активов на восстановление энергетической инфраструктуры Украины. Или найти промежуточный вариант в управлении и использовании энергии от Запорожской атомной электростанции. Тот же принцип применим и к Донбассу, который де-факто и де-юре, по российскому законодательству, перестал быть территорией Украины. Некоторые варианты по региону есть в публичном пространстве, от статуса свободной экономической зоны до полностью демилитаризованной территории, с наличием лишь полицейских сил для обеспечения правопорядка. Тем не менее, Зеленский публично артачится по этим вариантам и вообще ведет себя, как будто не имеет никакой личной заинтересованности в «мирном украинском урегулировании». Почему? Ответы здесь разные. От желания не выглядеть «политическим банкротом» в глазах электората до стремления выторговать у Москвы и Вашингтона некий чуть более приемлемый вариант. От темы некой кулуарной дополнительной поддержки от ЕС, при сохранении всех территорий, до страха, что сам может попасть под уголовной преследование при новом президенте Украины. Здесь президенту США Дональду Трампу или условной Урсуле фон дер Ляйен нужно пообещать Зеленскому, что тот, в случае форс-мажора, получит уютный домик в Мэриленде или Баден-Баден.